Молодая и покорная (ЛП)

Он четко видел свое будущее именно с этой девушкой, эти образы уже буквально въелись в его костный мозг.

Поставив стакан на стоящий сбоку от него столик, он задумался о Хаммере. Ему не хотелось концентрироваться на том, как глубоко они оба были влюблены в Рейн. Но этот факт было невозможно отрицать. Перед ним встал образ суровой реальности: Рейн наверняка никогда не будет принадлежать исключительно ему.

Он ненавидел те эмоции, что вызывала в нем ревность, но он поклялся себе быть честным и открытым, ведь именно этого они с Хаммером и требовали от Рейн.

Прошло всего лишь несколько недель с того времени, когда его жизнь была беззаботной и предсказуемой. Но ради ее счастья, он был готов преодолеть любые препятствия. Будь что будет, ему будет достаточно и того, как она расцветет под их руками. От их голосов. Под их доминированием.

С ними обоими она приобретала что-то новое… становилась кем-то новым. Он еще не мог сказать точно кем, он видел только очертания, неясные образы. Но когда все это выйдет на поверхность, когда раскроется ее душа, это станет для него самым бесценным подарком.

Поднявшись по лестнице, он подошел к ее комнате. Мягко нажав на дверную ручку, он заглянул внутрь.

Она лежала в той же позе, в которой они ее и оставили, полностью спрятавшись за покрывалами, наружу выглядывали только ее носик и пряди волос.

Его почти пересилила потребность подойти к ней ближе. Удивительно. Но он не должен поддаваться. Рейн оказывала на него двойственное влияние с самой их первой встречи. Он всегда разрывался между желанием отшлепать ее по заднице до черных синяков и затрахать до полусмерти, прижать ее к своей груди и слушать их совместное сердцебиение — и, между прочим, ее устраивали оба эти варианта.

Он всегда хотел защитить ее, охранить от всего, что так ее пугало. И теперь он знал, чего конкретно она боялась, его терзало чувство несправедливости от того, что ей пришлось вынести. Он не мог помочь ей, пока она была ребенком, но он мог любить женщину, которой она стала сейчас. Лиам надеялся, что этого будет достаточно.

Глава 17

Услышав рядом приглушенные голоса, Рейн пробудилась ото сна. Ее окружали два горячих тела.

Ее обоняние тут же уловило запах свежего мыла и знакомую смесь мужских ароматов. И прежде, чем она успела открыть глаза, на ее губах заиграла улыбка.

— Пора просыпаться, любимая.

Лиам. Когда-то она часто слышала его голос по утрам, ставший ей таким привычным.

На протяжении их отношений, пока она носила его ошейник и спала в его постели, она имела склонность, проваливаясь в сон, думать о том, какими первыми словами он разбудит ее следующим утром и как сильно это ее возбудит.

— Тебе не удастся проспать весь день, прелесть, по крайней мере, не в одиночестве.

Хаммер.