Удар «Молнии»

А какие коровы у меня были! Нет теперь ничего, все растащили, одни слезы остались…

— Кто растащил-то? — Глеб спустился на пол и, не делая резких движений, приблизился к женщине.

— Да все, кому не лень. В одну ночь всех коров по дворам развели.

— Русских-то много в селе?"

"— Мало… Всего и было шесть домов. Специалисты жили, механик, главный инженер, ветеринар да учителя. Кто по распределению после учебы, кого райком послал. Теперь одна я осталась. Как совесть люди потеряли, так и грабить стали. Русские все уехали, дома побросали. А раньше жили душа в душу с чеченами, зла не знали. Люди и люди, — она присела на перевернутое железное корыто. — Что сделалось нынче? Куда и стыд по девался? Нас уж пять раз грабили, все забрали. Машину угнали, ковры унесли, холодильник… И еще ходят, глядят, что бы взять.

— Неужели свои грабят? — спросил Глеб.

— Свои не трогают. Свои ездят в соседнее село грабить. А из того села — к нам. Мы так раньше ездили опытом обмениваться или с концертами. Весело жили. Теперь как волки стали, где живут — не пакостят. Да легче ли от этого?.. Наказание нам, что ли? Я после техникума сама на юг просилась, так хотелось пожить в теплых краях. Родом-то из Сибири, из холода, там у нас ничего не растет путем. Вот и хотела поискать легкой жизни. Здесь-то в землю семечко брось — вот и урожай. Да и живут здесь богаче, с Сибирью не сравнить. Вон какой дом мы себе построили!.. Да все теперь прахом пошло.

— Президент-то к вам приезжает-нет? — воспользовавшись паузой, спросил Глеб, — Он же земляк ваш.

— Приезжает, да все к себе в село, — пожаловалась она. — У нас редко бывает. К нему ведь не подойдешь, не пожалуешься… Приезжает, тут его любят, чечены так прямо как больные делаются… А не ты ли моего козла прибрал, парень? Козел у меня потерялся… Ой, однако, ты взял!

Обмануть ее было нельзя — все равно бы «услышала» обман, как услышала его мысли…

— Я прибрал, матушка, — признался он. — Прости меня, не по злу — от голода. Подумал, чеченский козел…

— Если чеченский, то и брать можно?.. Вот с этого и пошел весь разор. А говоришь, русский… Какой ты русский, если украл? Это чеченам воровать и грабить можно — нам нельзя, нет у нас такого обычая. Моего козла даже чечены не брали — ты взял.

— Прости, мать… Я тебе деньги за него отдам.

— Да что деньги, — со слезой в голосе проронила она. — Козла жалко, умный был, ласковый… Память по мужу моему. Он покупал, с гор привел. Вот смеху-то было, как вел…

— Что с ним случилось, с мужем твоим? — спросил Глеб, подавая деньги. — Убили?

— Нет, трактором задавило. Пахал там, внизу, за дорогой… Сломалось что-то, полез ремонтировать. Трактор и покатился… — Женщина подняла глаза. — Как это — деньги есть, а голодный? Ох, не простой ты парень.