Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице

В этом случае ему не удалось бы подкрасться сзади и стукнуть ее по голове.

— Так ты считаешь, что это убийца поднял трубку, чтобы телефон прекратил звонить? — спросил Дрейк.

— Не могу найти другого объяснения. Ты, случайно, не знаешь, Пол, полиция обнаружила пепел от сигары на полу в спальне Розы Килинг?

Дрейк покачал головой.

— Если и да, то они молчат об этом. Репортерам они ничего не сказали — значит, навряд ли.

— А твои люди побывали на месте?

— Естественно, мы не могли попасть в квартиру. С южной стороны перед домом — небольшой пустырь. Полиция осмотрела его, думая, что, возможно, убийца выбросил нож из окна после совершения преступления. Они ничего не нашли. Мои люди тоже все осмотрели после того, как полиция уехала. Я был вместе с ними. Мы обыскали каждый уголок.

— Ничего? — спросил Мейсон.

Мейсон опять начал ходить из угла в угол, а затем спросил:

— А вы, случайно, не обнаружили там наполовину выкуренной сигары, когда искали нож?

Дрейк вначале покачал головой, а потом вспомнил:

— Подожди минутку. Кеннет Барстоу поддел сапогом какую-то тонкую и дешевую. Барстоу — большой любитель сигар и знает в них толк. Он перевернул ее ногой и заметил: «Ну вот, даже полицейские не могут докурить пятицентовые сигары, которые теперь выпускают».

Глаза Мейсона сузились.

— Она была выкурена наполовину, Пол?

— Примерно наполовину.

— Тонкая дешевая сигара?

— Самая обычная, черного цвета. Их частенько жуют полицейские. Нужен крепкий желудок, чтобы выкурить больше половины.

— А Барстоу любит хорошие сигары?

— Самые лучшие, — ответил Дрейк.

Мейсон снова стал ходить из угла в угол.

— Конечно, если говорить о наследстве, то общее мнение будет на стороне братьев с сестрой, — заметил Дрейк.

— Почему? — бросил Мейсон через плечо.

— Они — законные наследники.

— Что ты хочешь этим сказать, Пол?

— Они — кровные родственники.

— Но им было наплевать на Джорджа Эндикотта при жизни. Что за сантименты о наследовании кровными родственниками? В этом мире у старого или больного человека есть одна возможность реально себя защитить — это право распорядиться своим имуществом по собственному желанию. Так он вознаграждает за особое внимание или особые услуги, реально оказанные ему, и ставит на место своих родственников. Это возможность держать родственников в узде. Если бы у человека не было права составить завещание и передать свое имущество кому он захочет, то родственники делали бы все возможное, чтобы как можно скорее отправить его в могилу. По крайней мере, большинство из них.

— Конечно, твоя теория верна, Перри, — опять вернулся к делу Дрейк. — Кстати, о том, что трубку поднял убийца. В таком случае отпечатки пальцев на ней стали бы самой главной уликой в этом деле.