Молчи обо мне

— Все хорошо? — спрашиваю я, не без интереса наблюдая, как Женя разделывает стейк на маленькие несимметричные куски. Хочется спросить совсем не так, а в лоб: как она после нашей ночи? У нее определенно долго никого не было, а я, хоть и осторожничал, но и выдержкой не отличился.

— Да, спасибо, что вывез меня подальше от работы. — Она пьет вино мелкими глотками и за все время, что мы «пируем», ни разу не смотрит в сторону телефона. Осматривает загородный пейзаж, изредка поднимает взгляд на меня, и каждый раз, когда наши взгляды скрещиваются, спешит отвернуться. Но я ей точно нравлюсь: такие вещи понятны без слов, хоть даже по островкам румянца на ее щеках. — Если честно, забыла, когда выбиралась куда-то без блокнота, диктофона и зудящей мысли обязательно обо всем написать.

— Сказала женщина, только приехавшая из Праги, — посмеиваюсь я.

Но что-то меняется. Совсем немного отклоняется, как стрелка компаса, на градус или два, потому что Женя отворачивается, нервно заправляет за ухо растрепанные ветром пряди, которые тут же снова запутываются в ресницах. Я понимаю, что что-то случилось — и МДЖ привезла с собой не только работу, но и некомфортные воспоминания. Поэтому делаю мысленную пометку больше не заводить разговоров на эту тему. Не настолько мы близки после первого секса, чтобы раскрывать души друг перед другом. Да и не уверен, что хочу заглядывать, что там внутри у этой Одиночки.

Она и правда берет на себя роль «удобной гостьи»: убирает посуду, заправляет посудомойку, делает какие-то мелочи, пока я сижу на крыльце и выборочно перечитываю длинный поток Светкиных посланий. Снова все по старому сценарию: сперва оскорбления, потом попытки раскрутить меня на серьезный разговор, потом слезливые смайлики чуть не к каждому слову. У нее как раз вот эта стадия. Через несколько часов она перейдет к завершающему этапу под названием: «Все мужики — козлы, а ты — козлее всех!» Еще и фотографию обязательно пришлет в каком-то таком виде, чтобы у меня, как она думает, потекли слюни и кровь отлила от мозгов к известному месту. В самый первый раз я на все это повелся, как молодой. И даже во второй ей удалось обвести меня вокруг пальца. Третья наша ссора была целиком и полностью предсказуемой, и я тупо поддался, чтобы избавить себя от долгоиграющего скандала. Так что, можно сказать, научен горьким опытом, и больше не поведусь на эту херню.

— Поехали, повезу тебя к озеру, — предлагаю Жене, когда она спускается ко мне и странно, как будто стесняется, переступает с ноги на ногу. — Там красиво.

Она с улыбкой соглашается. Теперь я знаю, что, когда она улыбается вот так, когда не использует улыбку как зеркальный щит от негатива, у нее появляются ямочки. И, как сказала бы одна моя знакомая, уровень милоты просто зашкаливает.