Молчи обо мне

— Не преувеличивай свои заслуги, — все так же безразлично улыбается она, — всего лишь пол дня. Позвони в четверг вечером, согласуем время. У меня сейчас завал на работе, я банально могу забыть.

Ну да, как когда-то «забывал» я.

Или мне только кажется, что она пытается уколоть меня прошлым?

Нужно что-то сказать на прощанье, но банальное «до встречи» или «пока» — это все равно, что порно-сцена в фильме с рейтингом «шесть плюс».

Поэтому просто переступаю порог и иду к лифту, со спины салютуя ей поднятой рукой.

Впервые за два года я провел вечер с женщиной, и меня, словно одомашненного волка, тянет назад.

Не играть в семью.

Быть семьей.

Почему же, блядь, ты ничего мне не сказала?!

Глава семьдесят вторая: VIP

Было бы глупо делать вид, что меня никак не трогает появление в Жениной жизни ее бывшего. И было бы самонадеянно утверждать, что из-за меня они не могут снова сойтись. Так что червь сомнения изредка подтачивает мою уверенность, но это не настолько глубоко и сильно, чтобы я не мог справиться с эмоциями.

Вопрос сына — это вопрос его матери и отца, Жени и ее бывшего, а никак не мой.

Все, что я должен был сделать — я сделал. Ребенку нужен отец. Хотя бы для того, чтобы через много лет уже взрослый пацан не упрекнул мать в том, что она лишила его права выбора. А кем в его жизни буду я — решать точно не мне.

Мы, наконец, празднуем Женин развод: оформленные документы без дела валяются где-то на тумбе в прихожей, пока мы втроем выбираем место, где в выходные будем отмечать Женин День рождения. Ей тридцать три. Мне исполнилось столько же в день нашего знакомства, и теперь я понимаю, что этот возраст совсем не зря называют «возрастом Христа»: моя жизнь стала другой, когда я переступил порог двух троек. И для Жени это событие тоже не пройдет даром.

— Я терпеть не могу шумные праздники, — жалуется Женя, когда я настойчиво возвращаю наш разговор в прежнее русло. Мы так увлеклись планами на лето, что незаметно перешли в плоскость совместного отпуска где-то на краю мира.

— Знаю, но ты теперь известная медийная личность, так что должна соблюдать кое-какие правила. Пара часов наигранной радости, три десятка шаблонных любезностей с нужными людьми — и до следующего года ты совершено свободна.

Она снова нарочито громко стонет и внезапно набрасывается на меня, укладывая на лопатки. Ерзает, устраиваясь поудобнее, так что приходится схватить ее за бедра и с силой прижать к себе, пока я не потерял голову и не забыл, что рядом играет Хельг.

— Я соглашусь только если пообещаешь потом ВИП-праздник для меня одной, со стриптизом в твоем исполнении, — жмурится она, когда я чуть послабляю хватку, чтобы переместить ладони ей на ягодицы. — И «приват» с исполнением всех моих желаний.

— Ты столько не зарабатываешь, женщина, — фыркаю я.