Обет молчания

И уж коли он собрал здесь кворум, я предлагаю поставить на разбор его кандидатуру. На его территории есть достойные люди. Есть более достойные, чем он, люди.

— Я согласен…

— Я тоже…

Молчали только авторитеты центральных областей. Они воздерживались.

— Что скажешь? — обратился хабаровский авторитет к Мозге.

— Я сказал то, что сказал! Я сказал, что у меня есть атомная бомба.

— Ты рискуешь уже не авторитетом. Ты рискуешь уже жизнью! — предупредил хабаровчанин. — Одумайся и остановись.

— У меня есть атомная бомба!

— Это невозможно!

— Это возможно!

— Ты можешь это доказать?

— Я могу это доказать.

— Когда?

— Очень скоро.

Авторитеты переглянулись.

— Но если ты блефуешь…

— То я отвечу за это жизнью!

— Хорошо. Это хорошая цена. Ты сам выбрал эту цену. Если ты блефуешь — ты умрешь. Здесь и сейчас. Сколько времени тебе надо для представления доказательств?

— Пять минут! — сказал Мозга.

Он встал из-за стола. И раскрыл ладонь. В которой был небольшой, вроде телевизионного, пульт. И нажал на кнопку. После чего не загорелся экран телевизора и не завертелся в музцентре попсовый диск. После чего шевельнулся стол. И его столешница, мягко и бесшумно оторвавшись от ножек, поднялась вверх. Вместе с папками, пепельницами, визитками.

Под столом, на специальной площадке, матово поблескивая черными металлическими боками, лежал цилиндрический предмет. С хвостовым стабилизатором.

Лежала бомба!

— Вот оно, доказательство, — просто сказал Мозга. — Вот атомная бомба. Мощностью, в пятнадцать раз превышающей мощность сброшенной над Хиросимой. Если она взорвется, то сгорим и испаримся все мы и еще сто пятьдесят тысяч человек, проживающих в ближайших и удаленных окрестностях. И еще сто тысяч умрут в течение десяти лет от радиоактивного облучения. Вот мое доказательство!

Авторитеты побелели. И почему-то поджали под кресла ноги.

— Мое доказательство принимается? — спросил Мозга. И в упор посмотрел на хабаровчанина. И на всех остальных. Так, что они опустили глаза.

— Все верят, что это бомба? Или для большей убедительности необходимо ее подорвать? Авторитеты как один замотали головами.

— Есть кто-нибудь, еще сомневающийся в моих умственных способностях?

— Нет! Ты в абсолютно здравом уме. Я был не прав… — враз севшим голосом сказал хабаровчанин.

— Я тоже был не прав. Погорячился, — кивнул закавказец.

— И я…

Впервые в истории преступного мира один авторитет получал извинения от всех прочих авторитетов сходки. Впервые один оказался более правым, чем все. Оказался сильнее.

— Эта бомба позволит мне удержать в казармах армию. И удержать милицию. И Безопасность. Эта бомба позволит мне добиться того, что я хочу.