Обет молчания

Или потеря авторитета.

— Я задам вопрос — как этого добиться? Как добиться того, чтобы страной управляли те, кому это положено по праву?

Авторитеты согласно кивнули. Это действительно был тот вопрос, который интересовал всех. И на который никто из них не знал ответа.

— Кто управляет сегодня страной?

— Менты поганые, — сказал авторитет с Чукотки. И замолк, поняв, что попал не в такт набравшего очень высокую ноту разговора.

— Страной управляет закон. «Их» закон. Как сделать так, чтобы «их» закон стал нашим законом?

— Переписать закон, — сказал питерский авторитет.

— Правильно. Переписать несовершенный закон. На такой, который будет устраивать нас. И будет устраивать страну. Потому что будет регламентировать тот беспредел, который есть сегодня. Все равно есть, несмотря на их «хорошие» законы. Лучше честные законы. Чем не соответствующие действительности законы.

Вы спросите — как можно переписать закон? А я спрошу по-другому — где переписывается закон? Потому что «где» — это даже важнее, чем «как». Потому что, прежде чем ломать сейф, надо узнать, где он находится.

Где пишется закон?

Закон переписывается в Думе.

И тогда я спрошу — есть в Думе наши люди?

И отвечу — есть! Я отвечу — есть, даже если вы это будете отрицать, чтобы не светить свои связи в высоких домах.

Наши люди в Думе есть! Но почему, сидя в одном зале и питаясь в одном буфете, они не знают друг о друге? Почему они действуют врозь? В то время как коммуняки, жирики и прочие отстаивают свои интересы открыто?

Почему мы, имеющие большую силу на местах, чем они, прячемся за спинками кресел?

— Ты предлагаешь высунуться, чтобы потерять даже то немногое, что мы имеем?

— А кто сказал, что немногое? Кто подсчитывал наши с вами мандаты? Кто подсчитывал «наших» в каждой конкретной фракции?

Нас больше, чем нам кажется. Хотя бы потому больше, что нынешние депутаты не единожды обращались к нам за помощью. И являются нашими должниками. Невостребованными должниками, которых можно и пора заставить платить проценты.

Вы сомневаетесь? Тогда давайте прикинем вместе.

Их выборные кампании требовали денег. Больших денег. И живых денег, которые давали им в том числе и мы. В надежде на очень высокое покровительство. Или просто давали, потому что никогда еще на такое дело не давали и желали посмотреть, что из всего этого получится.

Или к вам не приходили ходоки с просьбами субсидировать их партии и их кандидатов?

— Было такое. Приходили.

— Те, кто прошел в Думу, опираясь на наши деньги, — наши первые должники."

"— Первые, — согласились авторитеты.

— А теперь ответьте мне — или вы не знаете тех кандидатов и те партии с оборотной стороны? С той, где они, участвуя в общем бизнесе, зарабатывают бабки на свою политическую возню.