Обет молчания

— Сколько?! — ошалело переспросил Степан Михайлович, глядя на лист бумаги.

— Именно столько, не считая мелких накладных расходов.

Теперь Степан Михайлович поверил, что жизнь пары десятков человек в сравнении с остальными расходами ничего не значит. За такую сумму можно было вырезать целую область. В смысле даже он был готов вырезать целую область, проходя с окровавленным ножом от дома к дому, от деревни к деревне, от города к городу.

— Поймите наконец. Моим покупателям действительно очень нужен известный вам товар. И еще поймите, что мой покупатель не частное лицо, у которого, даже когда очень много денег, все равно мало денег. Мой покупатель — целое государство. Со своим министерством финансов. И со своим золотым запасом, который оно готово поменять на ядерный боезапас. То, что им надо, — важнее денег. Думайте. Больше такого шанса не представится. Hи вам. Ни мне.

— Что от меня требуется?

— В первую очередь расписка о получении переданных мною вам денег. Чтобы я мог отчитаться перед своими хозяевами. Но главное, уверить их в возможности приобретения товара.

— Я не буду ничего писать.

— Мне не надо ничего писать. Ничего, кроме pacписки на вручение вам семидесяти тысяч долларов.

— Каких семидесяти?

— Пятидесяти тысяч долларов, полученных в качестве аванса, скрепляющего нашу сделку. Плюс тех дополнительных тысяч, что были выплачены вам за удачно проведенный маркетинг рынка. Без расписки я не могу вам передать данную сумму.

— Семьдесят тысяч?

— Семьдесят тысяч наличными и прямо сейчас.

— Семьдесят?!

— Семьдесят. Или ничего. Семьдесят тысяч против одной маленькой расписки. И еще двести тысяч через две недели, если все пойдет как надо.

— Двести?!

— Двести, двести. И много больше по завершении сделки. И паспорт любой выбранной вами страны. И охрану. И много еще чего другого.

Или… Или ничего. Совсем ничего."

"Представитель выложил на стол пачки долларов. Чтобы привлечь внимание потенциального покупателя. Чтобы он мог представить, как будет эти деньги тратить. Мог к ним привыкнуть. И уже не смог бы от них отказаться.

— Хорошо. Я согласен. У вас нет бумаги и ручки?

Бумага и ручка совершенно случайно нашлись…

Глава 41

Начальник президентской охраны считал, что сделал очень много. Что сделал, пожалуй, большую часть дела, если не почти все дело. Он нашел организацию, которая не значилась ни в одном государственном реестре, которая не имела собственного названия, зданий, генералов, каналов связи, эмблем, казарм, подвижной техники и других атрибутов спецслужб. Вернее сказать, наверняка имела, но никому не показывала. Служила лично Президенту, и о ней не знал никто, кроме Президента. И теперь вот еще его — главного охранника Президента.