Обет молчания

Ну и вообще-в меру возможностей не обижаем. Ну ты сам понимаешь… Поэтому о всяких там рейдах и проверках узнаем заранее. А тут — молчок. Хоть бы кто слово сказал. Хоть бы намекнул. Как снег на голову…

— Как снег…

— Ну точно тебе говорю. Приехали, личный состав в красном уголке заперли и никого до самого начала операции за порог не выпустили. Так что сам понимаешь…

— Что еще?

— Больше ничего. В том-то и дело, что больше ничего. То есть совсем ничего! Ни одного допроса не провели. Ни одного протокола не заполнили. Ни одного задержанного в область не взяли! Всех передали нам. Зачем, спрашивается, было огород городить? Облавы устраивать. Если всех потом по домам распустить. Ерунда какая-то… А когда я спросил старшего, зачем они вообще приезжали, какую-то чушь сказали.

— Какую чушь?

— Что это распоряжение Центра. Я спрашиваю — какого Центра? А они отвечают — в который ваш город входит. И область.

Местный «папа» нахмурился. И сжал пальцы в кулаки.

Нет, это была не чушь. Это было предупреждение. Проведенное по всем правилам закулисных, ниже пояса, битв. Второе предупреждение. Первое — изъятие дани из двух оптовых рынков. И избиение гонцов.

Второе предупреждение хоть и не принесло таких материальных убытков, как первое, было серьезней, потому что в нем были задействованы силы областной милиции. А их обычно от стульев бульдозером не отодрать. А тут они не поленились приехать за тридевять земель. Сделать облаву. И всех после той облавы отпустить…

Видно, действительно крепкие ребята приезжали его под себя подминать. Со связями. И с желанием добиться своего любой ценой.

Только и он не из слабаков! И за просто так не позволит из себя веревки вить. Каким-то пришлым незнакомцам!

Гнусавый сыграл всеобщий аврал.

— Переходим на казарменное положение, — поставил он в известность свое войско. — Гулянки и пьянки прекратить. Всем ставить в известность о своем местоположении, чтобы иметь возможность собраться по первому требованию. О любых происшествиях сообщать лично мне. О вновь объявившихся незнакомцах — тоже мне. О любых задержках выплат — тоже мне.

— Есть задержки, — доложил один из гонцов.

— Кто?

— Хозяин фирмы «Возрождение». Он сказал, что пусть они, то есть мы, вначале разберутся, кто здесь хозяин, кому платить. Чтобы впустую не платить.

Трон под городским «папой» зашатался. Совсем чуть-чуть. Как шатается первый камень, который, сорвавшись, может вызвать катастрофическую лавину, и погибнут все…

В таких ситуациях надо действовать быстро. И жестоко.

— Хозяина фирмы — в распыл, — распорядился Гнусавый. — И чтобы все об этом узнали. Остальных сомневающихся предупредить. Пригласить на похороны чтобы посмотрели, как ослушников в землю закапывают. Все. На сегодня все.