Обет молчания

Для чего меня сорвали с места? Для этих вот второстепенных, по сути, разъяснений, которые вполне можно было провести по обезличенным каналам связи?

— В целом ваша работа в текущий период нарекании не вызывает, но есть отдельные моменты… — ровно бубнил мой Куратор, являвшийся чуть не единственным лицом в Конторе, которого я имел право знать лично. Большинство прочих начальников были для меня должностными лицами, лишенными лиц. Я видел их приказы, знал что они есть, но не мог даже представить, как они выглядят в жизни.

— Хотелось бы обратить дополнительное внимание на расход средств, связанный с вербовкой осведомителей…

Чего он добивается, в сотый раз повторяя школярские истины? Я и так знаю, что дважды два четыре, что Волга впадает в Каспийское море, а региональный Резидент должен заботиться об экономии отпущенных ему государственных средств, которые приходится отрывать от и без того опустошенных бюджетов здравоохранения и образования.

Я не узнаю своего Куратора. Вместо конкретного, в форме фактов, комментариев и приказов, разговора какая-то размазанная по тарелке манная каша. У нас что — профсоюзное собрание, где он — читающий отчетный доклад председатель местного комитета, а я — томящийся от перевыборной принудиловки рядовой проф-член?

— Кроме того, должен признать, что в отдельных случаях допускались отдельные недоработки в работе некоторых работников…

Бу-бу-бу-бу…

Бухнуть бы ему без всяких предисловий — получал предупреждение о готовящемся покушении на Президента или нет? А если получал — почему не прореагировал? Да посмотреть на его физиономию в этот момент. Интересно, что бы там было написано?

— Хотелось бы указать на ваши спорные действия в операции, связанной…

Ну это вообще ни в какие ворота не лезет: «хотелось бы указать» (!). Таких формулировок я в стенах Конторы еще не слышал! Очень это не похоже на обычный стиль общения.

Не похоже… Черт возьми, а ведь действительно не похоже! Совершенно не похоже!

А нет ли в том своего скрытого смысла? Изменение поведения — это иногда тоже информация. Может, это не он зануда, а я дурак? Причем дурак первостатейный!

Ну-ка, подумаем.

Допустим, он хочет дать мне какую-то информацию. Как ему, опасаясь неизбежного в таких случаях контроля, это сделать? В каждой щели — «жучок-слухачок», в каждой дырке — видеокамера. Каждое слово, каждый жест, выражение глаз транслируются на монитор.