Обет молчания

Теперь пришло время приступить непосредственно к работе.

В группы пошел «коктейль», то есть совершенно никчемные, бесполезные для дела задания (на жаргоне спецов — «шелуха»), среди которых были умело вкраплены несколько действительно интересовавших Координатора. Исполнитель не мог из ряда единоподобных работ выделить приоритетные и, значит, не мог догадаться, что в действительности интересует заказчика. Лишь сведенная в единое целое информация могла дать ответ на вопрос, зачем она понадобилась. Но соединиться информация могла только на столе Координатора.

Аналитической группе было поручено выступить заказчиком ряда исследований по социально-политическому положению окраинных регионов страны. Субподрядчиками были избраны известные, хорошо себя зарекомендовавшие научно-исследовательские институты и лаборатории, с которыми были заключены соответствующие договоры. Социологические экспедиции разъехались по стране, увозя в чемоданах тысячи опросных листов и анкет. Оплата была проведена финансовой группой через счета Академии наук. Так что здесь все было тоже шито-крыто."

"Десятки тысяч ответов респондентов прогонялись через машину, которая сотни заданных на улицах и в учреждениях второстепенных, на обывательский взгляд, вопросов («Считаете ли вы, что ваш уровень жизни повысился?», «Давно ли вы покупали дорогие вещи?», «Пойдете ли вы на выборы?», «Есть ли у ваших детей сменная обувь?» и пр.) превращала в один-единственный — «Ваше отношение к власти?». Достигшие астрономических величин цифры были переведены на язык графических построений. Семь регионов показали «провал». Они уже шатались, их надо было только подтолкнуть. Так была определена география заговора. Сценарный отдел получил задание разработать схему предположительной ураганной дестабилизации одного, отдельно взятого района. Какого — знать не обязательно. Отдельно взятого… Однако финансово-экономические вводные для расчетов были даны самые что ни на есть реальные и именно тех, «провальных», районов. Но кто об этом мог догадаться?

Специалисты выдали два десятка принципиально возможных моделей социально-экономической катастрофы. Они думали, что трудятся во благо человека, предупреждая грядущую беду. Они не знали, что работают на приближение этой самой беды.

Координатор переправил сценарии наверх. Прочее его не касалось. За «прочее» голова должна была болеть у других. Он даже не знал, пригодилась ли работа «сценаристов», хотя по отдельным, для служебного пользования, документам, по неясньм, курсировавшим в верхних эшелонах власти слухам догадывался, что под сукно они не легли. У Координатора своей работы было невпроворот. Он наседал на «конструкторов», разрабатывавших механизм Акции.