Обет молчания

Вторая, третья, четвертая, пятая, шестая машина — готовы…

— Программа пошла…

— Не могу открыть файл.

— Попробуй в другом режиме.

— Не могу открыть файл! Запрос — отказ.

Запрос — отказ.

Отказ.

Отказ.

Отказ.

Час. Второй. Третий.

Все, дальше тянуть нельзя. Три часа — критический срок.

Водитель просыпается, выбирается из кабины, зевает, почесывается, ходит вокруг машины, пинает скаты. А заодно отрубает связь.

Улица. Еще улица. Еще одна. Переулок. «Шкаф».

Остановка.

И снова завершивший дальнюю дорогу водитель засыпает на баранке, забыв в ухе наушник.

Запрос.

Запрос.

Запрос.

«Не могу открыть файл».

Отказ.

Отказ.

Отказ.

Час. Второй. Третий.

И новое перемещение.

— Эй! Ты чего это тут встал?

Гаишник. Этого только не хватало!

Нажать кнопку тревоги. Слегка потянуть кабель, чтобы провод соскочил с клемм. Теперь все недоказуемо. Просто болтающийся, скорее всего зацепившийся на дороге провод. И просто открытый «шкаф». Два разных, не связанных (именно не связанных — в самом прямом смысле слова) факта.

— Ты чего, не слышишь? — удар жезлом в кабину.

— А? Чего? Что случилось?

— Да уж случилось. Ты полдороги своим динозавром перегородил! Как людям ходить?

— Ой, командир, извини. Сморило что-то. Не заметил, как уснул.

— Сморило его. Сейчас проснешься. Права, путевку! За права, путевку и прочие сопроводительные документы я не опасался. Сам подписи и печати рисовал. С помощью школьной перьевой ручки, ластика и умения, преподанного еще в первой учебке. За «рисование» у меня всегда «отлично» было.

— Как же тебя сюда занесло, когда тебе совсем в другом конце города надо быть?

— Заплутал малость.

— Заплутал! Ну-ка, пошли посмотрим, что у тебя там, внутри?

— Так в накладной же написано — мясо.

— В накладной могут и дерьмо написать, а везти золото. Пошли, пошли.

— Там же пломба.

— Вот только не надо держать меня за дурака. А то я не знаю, как вы, водилы, с пломбами обходитесь. Или ты хочешь по всей форме — с задержанием, протоколами, препровождением в отделение? Я могу…

— Нет, я же понимаю. Служба… Еще раз нажать тревожную кнопку. Выйти из кабины. С грохотом открыть рефрижераторную дверь.

— Действительно, мясо.

— А это вам, — вытащил я заранее нарезанные и расфасованные в полиэтиленовые пакеты куски. Именно на такой случай.

— Да ладно, зачем? Да у меня и денег при себе нет.

— Не надо денег. Это от всего сердца. Я же понимаю, служба.

— Да, это верно, служба — не сахар…

Сегодня точно не сахар. Сегодня — мясо, подумал я.

— Ну ладно, будь. Но в следующий раз все-таки проезжую часть не перегораживай. Отдыхай на специально отведенных стоянках.

— Все, все, уже уезжаю."

"— Можешь не спешить. Сонный водитель то же самое, что пьяный водитель. Отдохни часок-другой.