Обет молчания

Шеф парился в сауне, вкушал бутерброды с черной икрой с расписанного под гжель подноса и с удовлетворением отмечал концентрацию усилий противоборствующей стороны по периметру охраняемого объекта. То какая-то бабушка, спутав дорогу, прибилась к шлагбауму КПП. То вдруг поломались один за другим три охранных датчика. То на бреющем полете пролетел над запретной территорией сошедший с курса спортивный самолет.

Не зря были истрачены деньги, изъятые из хранилищ коммерческого банка. Не впустую.

Еще неделю они будут истирать животами и коленками окружающий рельеф в поиске наиболее подходящих для визуального и электронного слежения точек. Еще две недели пытаться подключиться к коммуникационным сетям и к компьютерам. Еще месяц перекупать охрану и обслуживающий персонал с целью получения прямой информации. Итого тридцать-сорок дней как минимум. И еще месяц, прежде чем после обработки и анализа всей суммы полученной информации они догадаются, что их водят за нос.

А вот так чтобы сразу, без этих ползаний носом по грязному грунту и попыток перевербовки обслуживающей челяди, понять, а тем паче принять лежащую на поверхности правду они не смогут. Слишком велик масштаб подсунутой им «куклы». Слишком значительны вложения и грандиозны развернувшиеся охранно-реставрационные работы, чтобы допустить хоть на мгновение, что это обман. Чтобы заподозрить, что это не основной, а лишь отвлекающий внимание от основного объект. Объект прикрытия.

А основной располагается совсем в другом месте и выглядит совершенно иначе.

— Вот здесь вы и будете трудиться, — сказал Шеф.

— Здесь?! — ахнул Александр Анатольевич.

— Именно здесь. Вас что-то не устраивает? Район, этаж, планировка?

— Все!

Мы стояли возле старого, явно и очень давно заброшенного за ненадобностью склада. Скорее даже сарая. Вид у него был соответствующий. Доски растрескались и почернели от времени. Краска слезла. Шифер с крыши повылетал целыми листами. На подходах к дверям стояли непролазные лужи.

— Вполне милое сооружение, в классическом деревенском стиле, экологически безвредный материал — дерево, чистенький, удаленный от городских труб район, зелень, свежий воздух, остановка автобуса в двух километрах, — расхваливал предлагаемый товар Шеф. — Небольшой косметический ремонт — и можно вселяться. Берете?

— Нет.

— Тогда пройдемте внутрь.

Внутри склада стоял такой же старый и замызганный, как и сам склад, строительный вагончик. Шеф открыл дверцу."

"— Вытирайте ноги! Все-таки в дом заходите, — предупредил он, шаркая подошвами о еще более грязный, чем улица, коврик. — Прошу!

И открыл дверь.

В облупленном, обляпанном краской, мазутом и чуть ли не дерьмом строительном вагончике была воссоздана обстановка скромного европейского офиса.