Обет молчания

И ещё один бессмысленный, но эффектный жест: встать над узнаваемым обрубком, поднять ногу, мгновенье помедлить и ударом каблука сверху растоптать, втереть в пол то, что было недавно мужской плотью. Так, чтобы кровь из-под ноги брызнула.

Страшно?.. Ох как страшно!

Ну что, Абдулла?.. Усмехнуться, срезать ремень, располосовать штаны, оголить, примериться…

— Так кто вам дал заказ?

Ножичком, острием, провести по низу живота, чтобы подрезать кожу, чтобы кровь закапала.

— Так кто?.. Адрес! Быстро!.. Считаю до трёх!..

Молчит. А если мы по родственникам пройдёмся? А ведь пройдёмся. Ты поверь!

Верит. Зубами скрипит. Дозревает…

— Ну!

Нет адреса, но есть контактный телефон… Так, давай звони, не тяни! Скажи срочное дело, что операция на грани провала, что нужны деньги и совет. Скажи хоть что-нибудь!

— Давай, давай!

Говорит. Убедительно говорит, потому что родственники. Место, время…

Дрогнули заказчики.

Спасибо тебе, Абдулла. Покойся с миром. И со своим мужским достоинством, которое осталось при тебе!

* * *Машина. Серый джип. В меру старый и ободранный. Который не бросается в глаза.

Заказчик деньги привёз, но больше, чтобы узнать, что случилось. Или приехал, чтобы ниточку обрезать. Не исключено, что так. Лучше на рожон не соваться, чтобы пульку в лоб не схлопотать вместо купюр. Бережёного бог бережёт. Так что, тут лучше рисковать чужими головами. Вот этими.

— Машину видишь?

— Вижу.

— Возьми приятелей, подойди к ней.

— Зачем?

— Просто так. Встань возле капота, чтобы уехать нельзя было. И ещё сзади.

— Зачем?

— Затем, что надо! Чтобы получить двести долларов. Вот эти!

И сразу всё стало понятно.

— Как только я появлюсь — уходи.

Теперь зайти в подворотню, встать в тени, осмотреться, вытащить пистолет, тщательно прицелится.

К джипу подошла нанятая толпа. О чем-то заголосила, зажестикулировала, привлекая к себе внимание и блокируя машину.

Пора… Выстрел!

Лопнуло, взорвалось, зашипело левое заднее колесо. Машина осела на диск. Ах, какая неудача! Ну, ну же!.. Приоткрылась дверца. Высунулся водитель, посмотрел назад. Увидел сдувшийся баллон.

Да, не повезло.

Вышел, посмотрел, зачем-то постучал ногой по резине. Наклонился. Подозрительно скосился на толпу местных мужиков. Что-то крикнул им. Ему ответили многоголосьем. И он ответил. И потому не заметил, как справа к машине подошёл ещё один прохожий и, дёрнув дверцу, быстро сел на пассажирское сиденье. Без паузы скомандовал по-английски:

— Тихо!

Ткнул назад дуло пистолета, пальнул в сиденье для острастки, заметив там неясное движение. Кто там?.. Какой-то мужик… с белой рожей! Не от страха, а по природе, по национальной принадлежности.

— Сиди смирно, если хочешь жить.

Молчит, глаза пучит.

В кабину сунулся водитель. Не сразу сообразив, выругался:"

"— Падла, колесо лопнуло.