Обет молчания

Стал вливаться в улицы, растекаясь по кварталам, всё ближе и ближе к центру. Иногда замирал и даже отступал, но потом «переливался» через препятствие и тёк дальше К Президентскому дворцу…

— Всё?

— Всё. Далее ультиматум и почётная капитуляция. Или, при отказе, полное уничтожение.

— Лучше уничтожение. Даже при капитуляции. Мёртвый враг всегда предпочтительнее живого. Сколько дней потребуется для достижения поставленных целей?

— Три месяца, плюс-минус неделя.

— Используемые силы?

— Пятнадцатитысячная армия нашего друга, до тридцати тысяч добровольцев из местного ополчения, которых он примет под свое командование, пять тысяч наёмников из числа профессионалов и тридцать-сорок тысяч резервистов, которые будут находиться в резерве, до того проходя боевую подготовку в полевых лагерях, ну и от ста до полутора тысяч штыков потенциального мобилизационного резерва.

— Наше присутствие?

— До тысячи инструкторов и советников, обеспечивающих обучение личного состава и работу высокотехнологичного оружия. Космическая, авиационная и электронная разведка. Дезинформация. Психологическое давление флота и авиации на ближних подступах. Дипломатическое и информационное прикрытие. Возможно, работа спецгрупп на территории противника для решения особых задач.

— Прогнозы?

— Самые благоприятные. Противник не ждёт нападения и не успеет организовать достойный отпор. У него не хватит ни времени, ни мобилизационного резерва. Инициатива будет на стороне наступающих. Плюс дезорганизация армии, в том числе путём прямого подкупа генералитета.

— А их союзники?"

"— Вряд ли успеют что-то сделать. Мы заткнём все подходы, как бутылку пробкой. На прямую вооруженную помощь они не решатся. Воевать в отрыве от баз снабжения, не успев создать стратегические резервы, — это самоубийство. Плюс протесты мирового сообщества и политическое давление…

— Но они могут подбросить оружие.

— Только если воздухом, а это сомнительно. Слишком серьёзными должны быть поставки. До трёхсот тяжёлых транспортных бортов в день, как подсчитали наши специалисты. Что невозможно ни с точки зрения имеющихся в их распоряжении авиационных мощностей, ни наличия взлётно-посадочных полос. Кроме того, многие типы вооружений в самолёты просто не поместятся. Для полноценного обеспечения боевых действий им придётся пробивать сухопутные или морские коридоры, а это может вылиться в полномасштабные боевые действия.

— Но мы не можем с ними воевать напрямую!

— Напрямую и не надо. Сухопутные границы и побережья прикроют люди Галиба. Любое прямое столкновение с народно-освободительной армией может быть истолковано как прямая военная агрессия. А это международный скандал, санкции и симметричный ответ войск коалиции.