Обет молчания

Он мог просто принять их. Но он дал каждому по двести долларов. Просто так. И сверх того обещал за головы их бывших сослуживцев еще по пятьсот! Так что навряд ли те согласятся перейти под его начало. Просто не успеют, потому что… пятьсот баксов на дороге не валяются.

Итого минус еще два десятка отъявленных головорезов из банды Раджиха, которых уничтожат… люди Раджиха. За не самые большие деньги. За маленькие, в пересчете на масштабы задачи, деньги. То есть еще одна боеспособная, прославившаяся многими кровавыми акциями террористическая группировка перестанет существовать. Новые, опасные бойцы встанут под его начало. Но, главное, под его контроль.

Еще один, потенциальный и опасный конкурент сойдет, уже сошел, с дистанции. Раз и навсегда!"

"Галиб посмотрел на голову на блюде, которая, в свою очередь, смотрела на него мертвыми, закатившимися глазами.

Дешева жизнь на Востоке. Просто сущие копейки. Особенно, когда они есть. Особенно, когда их много…

* * *– Я больше не могу. Это кончится плохо, – сказал Галиб. И тяжко вздохнул. И даже, кажется, шмыгнул носом.

Это был какой-то не такой Галиб. Непривычный. Без маски и четок. Не молчаливый, а очень даже разговорчивый. Намолчался вдоволь. Не грозный, а какой-то слегка растерянный. И представить, что он мог рубить кому-то руки и вырывать глаза, а тем более отрезать головы, было невозможно… И сидел он не широко расставив ноги, а бочком на стуле, как-то весь скукожившись и грустно глядя перед собой.

– Может, мне в отпуск? Отдохнуть… А то я ночами плохо сплю, всё слушаю, вдруг кто-нибудь…

– Перестаньте нюни распускать! Вы же герой и злодей. Что вы сопли жуете, – прервал его собеседник.

А вот этот точно сидел в маске. В вольной позе. Правда, без четок, кинжала и Корана. Но это сути не меняло.

– Вы наняты под конкретную работу, за очень серьезные деньги! На вас убита куча времени и усилий! На вас люди работают! А вы…

– Да помню я, помню, – поскуливал Галиб. – Только я устал. Надоело всех стращать. А ну как они перестанут бояться и надумают меня убить?

– А вы не допускайте, чтобы перестали. У вас прекрасно прописанный образ, вам даже ничего говорить не надо – за вас говорят! Вам только мычать, кивать, да глазами вращать!

– Это так… Но всё равно. Может, кто-нибудь пока за меня. Хотя бы несколько дней.

Поплыл «герой». Устал. Надорвался. Оно и понятно: жить в чужой шкуре – не сахар. А в такой колючей и подавно. Слаб статист в коленках. Другого бы на его место, который лучше подходит под образ. Но… другого нельзя. Потому что если брать на такую роль настоящего боевика, который ни бога ни черта, да еще с харизмой, так он и будет вести себя как боевик и может быстро выйти из-под контроля. Наверняка выйдет. Хлопот с ним не оберешься. А этот – нет. Этот всего боится.