Обет молчания

Может, даже спят… Распустились ребята. Безделье, оно сильно расслабляет, кажется, что всё уже умеешь, уже привык к полевому быту, уже ищешь себе приключений. Хуже нет для личного состава, когда делать нечего.

Машина… Очередного барана привезла, баллоны заправленные.

Обступили водителя, что-то спрашивают. Поди, о доме, о семье или просто сплетничают — кто родился, кто женился, кто помер? Скучно им тут на высылках.

Забросили в кузов пустые баллоны, захлопнули борт. Машина тронулась.

Зафиксировать время…

И с другой стороны, с другого НП, смотрят, фиксируют — машина, номер, водитель… барана привезли… баллоны увезли… Полный дубляж, хотя и под другим углом зрения. Это хорошо, потому что «мертвых зон» нет. Как на ладошке «объект» со всех сторон виден.

Проходочка, вдоль камушков. Прыжки. Залегания. Собрались в кучку, что-то обсуждают… Смеются…

Отбой… Подъем… Обед…

По распорядку…

* * *Еще баран. Еще баллоны. Ведут какого-то бойца. Помогают сесть в кабину — похоже, приболел.

Надо отметить, кого именно, сфотографировать и зафиксировать время.

Убыла машина.

Обед… Послеобеденный отдых… Разбрелись бойцы кто куда… Тишина. Покой. Умиротворение. Просто пионерлагерь какой-то. Впору родительский день объявлять.

Но тишина обманчива.

Вышел командир, сказал что-то — побежали бойцы, подтянулись, построились в две шеренги. Слушают внимательно.

Командир говорит энергично, рублено. Команды отдает. На часы показывает…

Неужели?

— Смирно!.. Вольно!.. Разойдись!..

Разбежались бойцы, попрыгали внутрь «фермы», пропали.

Всё? Отбой? Показалось? Похоже, что так…

Безлюдная тишина.

И вдруг показался первый боец. Вышел не в привычном, заляпанном грязью, камуфляже, а в цивильной одежде — в брючках и пиджачке. Гладко выбритый и причесанный. За ним второй в спортивной куртке и белых кроссовках. Ай да модник!

И третий. И четвертый…

И все в разном, как толпа прохожих на улице. Не узнать бойцов — так преобразились! Просто дефиле модное.

Вышел командир в гражданке — в джинсах, ботиночках и пиджачке. Не командир — стиляга с Тверской.

Крикнул…"

"Командир хоть и разряжен, как манекен в витрине, но его услышали, засуетились, построились по росту, встали. Из помещения выбежали последние, одетые в гражданку бойцы. Торопясь, воткнулись на место.

Все? Все…

— Равняйсь!

Подтянулись, замерли. Странно, смешно выглядел этот пестрый разномастный строй! Все в пиджачках, кроссовках… Но всё же это подразделение — не толпа!

— Смирно!

Разом дёрнулись, повернули головы…

А вот и автобус! Едет, покачивается на грунтовке, как корабль в шторм. Приближается…

Достать спутниковый телефон. Где он?.. Всегда рядом на самом видном и доступном месте. Для него всё и от него зависит всё — в том числе заработок.

И в другом блиндаже потянулась рука к аппарату.