Обет молчания

— Да? — грубо ответил мужской голос.

— Можно услышать Аликбека?

— Вы ошиблись номером. Не звоните больше сюда.

Аликбек перезвонил через тридцать секунд. И назвал адрес. И время…

* * *Обмен изделия здмпА421–124-УСД… дробь 34 на изделие 5… дробь 84Н598 м должен был состояться на следующий день в совсем другом городе, совсем другого региона.

Домой Родион Михайлович не вернулся, потому что у Родиона Михайловича дома не было. Согласно паспорту он был холост и бездетен.

Родион Михайлович отправился в аэропорт, где купил билет по паспорту Грибанова Ильи Степановича. И вылетел в тот самый, у черта на куличках, регион. Что будет там, он не загадывал. Но знал, что иначе поступить не мог. Потому что отвечал за ослушание головой. И не только своей. Его голове теперь была грош цена. Он рисковал еще тремя оставленными у себя на даче головами."

"Если ему повезет, если ему позволят жить по придуманной им легенде, он вернется, наплетя про хулиганское нападение и счастливое из лап злодеев спасение. И будет жить дальше, как все. И будет ездить на дачу, собачиться с Зинкой и играть с детьми. Со своими, не по легенде, а родными детьми. Но что-то ему подсказывало, что возврата не будет, что он ушел навсегда. Что для семьи он умер — там, в брошенных в лесу «жигулях». Там, на поляне, его прошлая жизнь кончилась. Нет у него прошлого!

Нет у Родиона Михайловича. Нет у Грибанова Ильи Степановича. И нет у Сан Саныча.

Есть только будущее. Туманное и страшное, потому что другого в организации, которой он служит, не бывает. Потому что это Контора…

* * *Огромный ангар на пустыре. Наверное, раньше в нем стояли самолеты дальней бомбардировочной авиации. А пустырь был аэродромом. Когда-то мы отсюда грозили шведу и прочим разным скандинавам. Теперь — никому.

Ворота ангара закрыты, петли проржавели, бетонные выезды заросли мелкими деревцами. Но замок на маленькой дверце был сброшен. Посреди ангара стоял стол. За ним сидел человек. С виду никакой. И тот, который пришел к нему на встречу — тоже никакой. Они были как близнецы, хотя не похожи друг на друга.

— Ну, здравствуй, Резидент. Садись.

Резидент сел на стул. Он впервые видел этого человека. И был удивлен, что видит, потому что лишние знакомства в Конторе были не в чести.

— Ты мой новый Куратор? — спросил он.

— Пусть будет так, — согласился незнакомец.

Где прежний Куратор, Резидент не спрашивал, потому что бесполезно было спрашивать. Был, а теперь нет. Теперь вместо него сидит вот этот.

— В связи с чем был объявлен экстренный сбор?

— Ты про изделие? Кстати, вот оно, в комплекте, — кивнул Куратор на деревянный ящик под столом. — Можешь потом забрать. И выкинуть.

— Почему была объявлена тревога? Что случилось? — еще раз спросил Резидент.

— Ничего особенного, — пожал плечами Куратор.