Обет молчания

Которым теперь никого не удивишь, потому что они в России на каждом шагу. И все как в Германии — стеллажи, тележки, кассы.

Все — да не все!

А что не так?

Бутылки пластиковые сдают, хоть им цена копейка. А ты не принес и не сдаешь!

Или тележки… Такие же, как дома, с примерно таким же набором продуктов… Но есть одно «но». На первый взгляд незаметное, но существенное. По которому запросто можно вычислить чужака!

В наших тележках продукты навалены кое-как, вперемешку и друг на дружку, одной большой бесформенной, вываливающейся через бортики кучей. А у них?.. У них — иначе! Немецкие продукты в немецкие тележки в немецких супермаркетах укладываются не абы как, не в навал, а по сортам, и все лежат ровными рядками и стоят по стойке смирно. Как солдаты в строю.

Обалдеть!..

Надо бы так же…

И пакет молока встает к пакету молока, макароны ложатся на макароны, а бутылка пива притискивается к бутылке пива.

Да, вот так!..

И еще немцы много продуктов не набирают. Денег у них, что ли, нет?..

И в очереди стоят спокойно, не пихаясь, не бузя и не пытаясь пролезть вперед.

И так и надо стоять.

А чтобы время не терять — слушать!.. Чужую речь слушать, не ту, что в учебниках, а живую, уличную, потому что без этого — никуда!..

Языков он знал множество, и не потому, что был таким уж полиглотом, а потому, что кто бы его спрашивал о его желаниях? Еще в учебках ему вколотили в голову полтора десятка языков народов СССР. Конечно, не в полном объеме, но на среднем бытовом уровне, достаточном, чтобы он мог понять, что измышляют против него враги. Чтобы уметь перевести фразу, сказанную на казахском:

— Когда я кивну, нападай на него сзади…

Или по-эстонски:

— Надо заманить его в ловушку, а после…

Услышать, понять и тем избежать опасности.

Вот и вколачивали чужие идиомы, причем иной раз в прямом смысле слова. Следуя методе писателя Чехова, который утверждал, что если зайца долго по голове бить, и он спички научится зажигать.

А тут не зайцы какие-нибудь…

Правда, и не спички…

Сперва им крутили сутки или трое бесконечно повторяющиеся фразы на незнакомом языке, которые звучали абракадаброй. Но не просто, а облеченной в некую рифмованную форму, которую запоминать легче.

Фраза — перевод.

Фраза — перевод.

Фраза — перевод…

С рассвета до темна без перерыва. И ночью тоже!

Фраза — перевод.

А утром, только глаза продрал, как положено, «гимнастика».

— Сесть!

И надобно быстро сесть.

— Лечь!

Падай стремглав ниц.

— Руку вверх!

Тяни руку.

— Ногу поднять!

Вскидывай ногу.

— Дай нож!

И надо из груды сваленных на полу предметов вытянуть именно нож, а не, к примеру, молоток.