Обет молчания

 — Это же не депутаты какие-нибудь и даже не милиционеры — всего лишь мелкие уголовники! Вообразили себя суперменами и мочат всех подряд, без зазрения совести. Вот мы и решили скинуться миром. Получилось сто. А если больше, то нам выгоднее будет им платить, чем вам…

— Ладно, сто так сто!..

— А вы… вы справитесь? — робко спросил заказчик.

Бойцы расхохотались.

— Дядя, ты в Чечне бывал? А в Боснии? Там такие волчары были — не чета этим. И ничего, справлялись! Так что даже не сомневайся!..

Уголовников выследили через пару дней в загородном ресторане, примерно в том же составе, что и на фотографии. В ресторан заходить не стали, так как там было много посторонних посетителей. За которых им не платили.

— Дождемся у выхода. Не век же они там будут пировать.

Бойцы залегли на клумбы, накрывшись маскировочными халатами, и сразу пропали в полумраке ночи. Лежали они долго, почти до утра. Когда стало светать, перепившаяся компания преуспевающих бандитов вывалила на крыльцо. Кто-то на заплетающихся ногах пошел за машиной.

Переговариваться залегшим в засаде бойцам было не надо, они и так знали, что и кому делать. Так как не раз делали, ставя засады на дорогах и горных тропах и громя душманские и чеченские караваны.

Вывалившая из ресторана братва стала спускаться по ступенькам. К подошедшему джипу. Они о чем-то громко переговаривались и хохотали. Они здесь были хозяевами, они собирали с этого ресторана дань и иногда здесь, за счет заведения, отрывались. Они были сыты, были пьяны и довольны собой…

Большие пальцы бесшумно легли на предохранители. Раздалось несколько характерных, слившихся практически в один, щелчков. Если бы братва было потрезвей и зарабатывала свои деньги не потрошением ресторанов в российской глубинке, а службой в «горячих точках», они бы, услышав те щелчки, шлепнулись, где стояли, брюхом на асфальт и шустро расползлись по сторонам, под прикрытие скамеек и бетонных урн. Но они те щелчки не услышали и не узнали.

Шаг.

Еще шаг…

Братва спустилась с крыльца на тротуар, остановившись в нескольких шагах от клумбы.

Вот теперь — пора. Теперь — в самый раз.

Короткая дистанция позволяла стрелять не прицельно, стрелять веером. Уйти из-под перекрестных очередей все равно было невозможно.

Клумба ожила, зашевелилась и вспухла буграми.

Бах-бах!.. — ударил первый автомат, выплевывая первую короткую очередь.

И тут же, разом, догоняя его, торопливо застучали другие автоматы. Десятки пуль ударили в стены ресторана, в деревья, в джип, в тела братков. Автоматы лупили в упор, длинными очередями, выплевывая пустые, дымящиеся гильзы.

Клацнули, не нашедшие патронов, затворы.

Все! Тишина!..

Шесть тел корчились в предсмертных муках на асфальте в лужах собственной крови.