Обет молчания

 — Буквы-то нужно резать в зеркальном отражении, чтобы на бумаге они «перевернулись» и выглядели естественно! Эх вы — дурачье…

Те уроки не прошли даром.

Аусвайсы Резиденту рисовать, слава богу, не пришлось, а вот ксивы — случалось. И случалось частенько. Как и теперь…

Еще штришок.

Еще.

И еще…

Вот так славно будет.

Сильно Резидент не усердствовал — не тот случай. В лупу эту печать изучать никто не будет, здесь важно не столько качество исполнения печати, сколько сопутствующий ей антураж…

Теперь подправить…

Подшлифовать…

Еще чуть-чуть…

И можно предъявлять…

— Майор Пашин! Мы с вами здесь будем разговаривать? Или в другом месте? — с порога спрашивал он ледяным тоном, предъявляя красную книжицу и хмуря брови.

Все почему-то выбирали «здесь».

— Тогда несколько вопросов, как говорится, без протокола. Или вы предпочитаете с протоколом? Все как один предпочитали без.

— Не хочу вас пугать, — сразу же начинал пугать майор Пашин. — Но лет на пять вы своего кресла можете лишиться. А то и на все десять.

— За что? — пугался, как и должен был, чиновник.

Потому что если ты чиновник, то всегда есть за что.

— За разбазаривание бюджетных средств в особо крупных размерах с отягчающими!

Чиновник начинал хватать ртом воздух. С отягчающими, это значит без дележки с вышестоящим начальством. И откуда они только узнали?!

— Реконструкция теплотрассы — ваш объект?

— Да, кажется, наш.

— Вы рядом с ней живете? Или там живут ваши родители, племянники, теща, любовница, внебрачные дети?

— Нет, что вы, никого!

— Тогда почему вы распорядились начать работы на этом участке раньше утвержденного графика? Кто вас об этом просил? Только не надо отягощать свою вину ложью!

— Никто. Честное слово!

— Значит, не хотите без протокола? — вздыхал следователь. И снимал трубку телефона. — Пономарчук, ты? Нет, добровольно облегчить не желает.

Бери санкцию и дуй сюда на выемку. А я его здесь пока покараулю. Да, и понятых прихватить не забудь!

И, положив трубку и обращаясь уже к чиновнику, добавлял:

— Мы сейчас у вас здесь немного пороемся, а после домой поедем. И там — пороемся. С миноискателями. И мне почему-то кажется, что мы что-нибудь обязательно найдем.

Еще бы не найти!..

Чиновник прикидывал, сколько всего у него «нароется» в кабинете, не говоря уж о доме, и пугался еще больше.

— У меня действительно здесь, в столе, есть деньги, которые я копил десять лет на машину…

— Которую почему-то надумали купить именно сегодня, — в лицо усмехался следователь.

— Ну да — сегодня.

— А дома — еще на одну машину? И на даче тоже? И в квартире родителей? Вы со скольких лет копите?..

И чиновник скисал. Но майор бросал ему спасательный круг.