Обет молчания

Напугают потенциальных инвесторов, которые побегут от них на другой конец света, причем побегут не с пустыми руками.

Заставят страны Евроазиатского континента озаботиться повышением своей обороноспособности и интенсивно закупать высокотехнологичное оружие. Где надо закупать.

А если всего этого будет недостаточно, то можно стравить того «желтого дракона» с еще одним «драконом» — с миллиардной Индией. Вернее, имеет смысл стравить в любом случае, так как нынешней, ослабленной России для Китая будет мало. И пусть она тогда дерется на два фронта…

Пусть…

И пусть это будет одним из направлений перспективной политики США на Евроазиатском континенте на ближайшие годы…

Стравливать всех со всеми, раззадоривать, подталкивать и тех и других, помогать и тем и другим, самим оставаясь в стороне. И оставаясь в выигрыше.

Как совсем недавно в Европе.

И как там же полвека назад…

Всегда побеждать. И всегда побеждать за чужой счет! Нормальный для большой политики ход…

Глава 42

Тот неизвестный мужчина перезвонил через несколько дней. Сразу после того, как «Дмитрий Алексеевич» выписался из больницы. Из нервного отделения, где его лечили гипнозом и электротоком и накачивали транквилизаторами, чтобы вытравить из памяти сверток, перевязанный синей ленточкой, из которого выпала и покатилась по лестнице голова его матери. Не вытравили. Не смогли.

— Очухался? — участливо спросил он.

— Это ты!.. Сволочь!.. Мою мать!..

— Эй, потише на поворотах! Мать у тебя была старуха, она бы все равно на этом свете не зажилась. А вот дети…

— Если ты тронешь моих детей, я тебя из-под земли!.. — вяло возмутился хозяин филиала опытного производства НИИ «Мехточмаш». Вяло, потому что детей в городе не было, детей и жену он в тот же день отправил к знакомым в Крым.

— Да как же их тронешь, когда ты их спрятал?..

«Дмитрий Алексеевич» почему-то похолодел.

— У черта на рогах… В Крыму. В расходы нас ввел…

— Не трогайте их! — совсем другим тоном, униженным, умоляющим, прошептал «Дмитрий Алексеевич». — Пожалуйста.

— Нам твои дети ни к чему. Нам нужен ты, чтобы подписать кое-какие бумаги.

— Но я… я не знаю…

— В субботу, в пять, в…

— Но я не могу так сразу…

И тогда в трубке зазвучал, захлюпал носом, зарыдал детский голос:

— Папа, папа, это я! Папа!..

— Я согласен, сволочи! Согласен!..

Резидент отложил в сторону наушник."

"Значит, в субботу… Долго он их искал, по всей стране искал, а теперь они сами на него, сами, вышли… Вернее, не на него — на «приманку», на «Дмитрия Алексеевича». И на его мать…

Ну что ж, в субботу так в субботу… К субботе все будет окончательно готово. Потому что давно уже готово.