Обет молчания

— За каким нам сдались трелевочные машины?

Начальник отдела долгов пожал плечами. Лично он считал, что лучше получить хоть что-то, чем совсем ничего. В конце концов бензопилы можно толкнуть в какое-нибудь лесничество в обмен на елки к Новому году, которые продать прямо с колес на ярмарке, получив с населения наличные деньги. Все-таки вариант.

— А лес? Почему они не хотят платить лесом?

— Они готовы платить лесом, но только некондицией, которую никому не сдать.

— А вы не берите некондицию, вы потребуйте строевой.

— Строевой лес идет на экспорт и в Федоровский ДОК.

— Ничего, ДОК перебьется. Тем более что он тоже наш должник.

— ДОК не перебьется, — тихо, почти шепотом сказал начальник отдела долгов. — Федоровский ДОК принадлежит зятю главы областной администрации.

— Ах ну да, — вспомнил главный инженер."

"И еще вспомнил, что Федоровский ДОК снабжает материалами мебельную фабрику, которой руководит двоюродный племянник Генерального директора Дальэнерго.

Так что те двенадцать миллионов триста шестьдесят пять тысяч рублей можно смело списывать в убытки. Плюс восемнадцать миллионов Федоровского ДОКа.

— Ладно, берите бензопилы, — согласился главный инженер. — Кто там следующий?

— Кондитерская фабрика. Три миллиона семьсот пятнадцать тысяч.

— И денег, конечно, тоже нет?

— Нет. Но они предлагают две тонны вафельных тортов, которые можно выдать в качестве зарплаты работникам второй ТЭЦ.

— А они согласятся?

— Конечно. Это же еда, а они четвертый месяц хлеба купить не могут.

— Ладно, берите тортами…

Металлургический завод…

Еще один ДОК, где заправляет сын главы местной налоговой полиции.

АОО…

ООО…

Торговое представительство…

Детский дом…

Воинская часть…

— Сколько должны детский дом и воинская часть? — оживился главный инженер.

— Если суммарно, то двести десять тысяч.

— Двести тысяч?.. Безобразие! Вот этих, последних, отключайте… Немедленно отключайте! К чертовой матери отключайте! Хватит миндальничать с должниками. Взяли моду прикарманивать электроэнергию, как будто она никому не принадлежит, как будто это ягоды в лесу.

Отключайте!..

Детский дом и воинская часть не имели высокопоставленных учредителей и покровителей. Они принадлежали государству. То есть никому. Рубильник рванули вниз…

И очень скоро, буквально через несколько дней, на столе главного инженера зазвонил телефон. И звонил, пока он не поднял трубку.

— Я же просил меня не беспокоить.

— Но это лично вас Срочно…

— По какому вопросу?

— Они сказали, что у вас случилось какое-то несчастье.

— Хорошо, соедините.

В трубке что-то хрустнуло, и незнакомый властный голос сказал:

— Я хочу сообщить, что у вас сгорела дача.

— Что?! Когда?!

— Только что. И дотла. Вещи спасти тоже не удалось.