Обет молчания

 — Причем пронырливый дурак, раз каким-то образом узнал прямой телефон».

«Послезавтра» незнакомец не позвонил. И после-послезавтра тоже не позвонил. И директор благополучно забыл о нем. Поэтому, когда через месяц раздался новый звонок, он не сразу понял, о чем идет речь.

— Какой зам? Что вы мне голову морочите!..

— О вашем заместителе, который не справляется с работой, и поэтому от него следует избавиться. Лучше уволив. Для него лучше.

— Так это вы? Опять?..

Голос был незнакомый, не тот, что в первый раз. Этот говорил гораздо резче.

— Никого я не буду увольнять! Перестаньте валять дурака, или мне придется…

— Я найду вас через несколько дней…

На этот раз директор забыл о странном звонке быстрее, потому что прошлый после обещания «перезвонить послезавтра» незнакомец пропал на месяц. Ну, значит, и теперь…

Но на этот раз «проситель» сдержал слово. Он объявился через день.

— Что вы решили?

— Насчет чего решил?

— Что вы решили насчет увольнения своего первого зама?

— Я же сказал вам… Я сказал вам, чтобы вы шли к чертовой матери и перестали доставать меня своими идиотскими звонками!..

— Вы его уволите сами или предлагаете решить этот вопрос нам?

— Знаете что?.. Идите вы… — и директор послал неизвестного абонента откровенным матом.

Достал, дурак!..

Вечером он пригласил своего заместителя в гости. Назло, назло дураку-шантажисту… Они пили хороший коньяк, ели шашлыки, много шутили и смеялись. Такого вечера давно не было, если вообще был. Расстались поздно вечером.

— Мне казалось, он сухарь, а оказалось — очень даже милый человек, — удивлялась жена зама в машине, устало прижимаясь к мужу.

— Я сам удивлен. Первый раз его таким вижу…

Когда супруги зашли в свой подъезд, вслед за ними шагнул внутрь какой-то мужчина. Он не обгонял поднимающихся вверх по лестнице, обсуждающих вполголоса события вечера супругов, он тихо шел сзади.

Но на втором этаже он вытащил из кармана и спрятал за спину длинный и узкий нож. На следующем марше, перешагивая сразу через несколько ступеней, мгновенно приблизился к жертвам, оказавшись за их спинами. И делая вид, что хочет обогнать их, придержал мужчину левой рукой, а правой ударил ножом под лопатку.

Нож легко, как в масло, вошел в тело, проткнув его практически насквозь. По пути лезвие пробило, перерезало надвое сердце.

Лицо мужчины перекосила гримаса даже не боли — безмерного удивления.

— Что с тобой?! — обеспокоено спросила жена.

Муж стал оседать, падать вниз, падать на нее. Женщина подхватила его, но удержать не смогла.

Он упал на лестницу, привалившись к стене. И угасающим, уходящим взором увидел свою жену и человека с черным, потому что окровавленным, ножом в руке.

— Не надо… ее! — сказал он. И умер.

Женщина в испуге смотрела на мертвого мужа, на мужчину, на нож.