Обет молчания

Это очень страшно — слышать лязг взводимого оружия когда стоишь к нему спиной. И когда стоишь лицом в стену.

— Ну что, никто ничего не вспомнил? Как хотите…

Почему-то бандиты поняли, что он выстрелит. Что он способен выстрелить.

— Эй, погоди, не надо! Не стреляй! Я скажу!

— Говори!

— Лешка Хват у нас главный.

— Точно?

— Ну точно, он! Век свободы не видать!

— Он, он, — закивал второй бандит.

— И где он теперь?

— Как где? В Москву полетел. За чемоданами. Слышь, мужик, давай разойдемся по-тихому.

— Может, и разойдемся, — загадочно сказал «мужик», — если вы шевелиться не будете. А то вон тот шевелился.

Бандиты замерли у стены, соображая, как они могли так лопухнуться, как он мог освободиться и грохнуть Сивого.

Ну и сколько так можно стоять?

На улице послышался шум мотора. Похоже, приехали…

Милиционеры вылезли из «уазика» и поглядели на номера гаражей.

— Нам какие нужны?

— С 94-го по 96-й.

— С какого начнем?

Из «собачника» какой-то мужик в спецовке вытягивал шланги автогена.

— Давай с 95-го. У него, видишь, засов на двери откинут. И замка нет.

— Смотри-ка — точно. Может, там кто внутри сидит?

— Может, и сидит.

— Где резать-то? — спросил мужчина в спецовке, помахивая резаком.

— Да убери ты свои шланги! И сам уберись. К…

Милиционеры перекинули удобней автоматы.

— А говорили, там только вещи…

Приблизились вплотную к воротам. Прислушались.

Тихо.

— Давай посмотрим.

Толкнули сбоку ногой дверь. Она открылась. В гараже было темно. Крикнули:

— А ну, руки вверх! Милиция!

Тихо.

— Давай разом.

С разбегу нырнули в прямоугольник двери, раскатились в стороны.

Опять тихо…

Неожиданно вспыхнул свет. Милиционеры увидели две стоящие у стены фигуры. Без оружия. С задранными вверх руками. И увидели лежащего животом на капоте машины мужика направившего в их сторону пистолет.

— Вон он! Справа!

— Брось оружие!

Никакой реакции.

Полоснули из автоматов, выбивая пулями воронки в обшивке машины. И… И больше ничего не успели.

Откуда-то сбоку раздались выстрелы. Один и сразу же второй. Милиционеры ткнулись лицами в пол. Выронили автоматы. Пули попали им в головы.

— Спасите! Я здесь! — дико заорал пленник, быстро перебегая к воротам и на ходу, с двух рук, стреляя в сторону лежащих милиционеров и в полуоткрытую, чтобы отбить охотку в нее заглядывать, дверь.

Подбежал, бросил пистолеты, поднял с бетонного пола автомат. И практически без паузы из нижнего положения открыл стрельбу.

Автоматная очередь полоснула по фигурам замерших у стены бандитов. Они, получив по пуле в грудь, упали.

Из второго автомата пленник прицельно выстрелил в лежащее на капоте тело. В голову выстрелил. В висок. Чтобы пуля, пройдя насквозь, раздробила место, куда он ударил костяшками пальцев и где мог остаться синяк.