Обет молчания

Но есть алиби. Кроме того, родственники потерпевших могли совершить одно преступление, а их было три.

— Свидетелей нет?

— Никто ничего не видел и не слышал. По всей видимости, преступник действовал очень осторожно. Он дожидался, когда возле дома никого не будет, и заходил в подъезд. Выходил он, так же дождавшись, когда двор опустеет.

— Значит, никаких следов?

— Следов много. Но это следы подозреваемого.

— Вы все-таки считаете, что это Будницкий?

— Пока у нас нет доказательств обратного."

"— Но и нет прямых доказательств того, что это он…

Хозяину не нравился доклад. Активно не нравился. Местные силовики работали по старинке. Ни шатко ни валко. Потому что иначе не умели.

Они опрашивали сотни ничего не видевших свидетелей, вновь и вновь обшаривали место преступления, мудрили с пальчиками… Они искали доказательства вины подозреваемого подгоняя их под наиболее удобную для них версию. Которая была на поверхности — человек, оставленный в качестве приманки для ловли более серьезного зверя, вдруг убил охранявшего его оперативника и сбежал для того, чтобы прихлопнуть еще двух человек, опасаясь разглашения какой-то опасной для него информации. То есть сам оказался зверем.

Вот такая простая версия…

Слишком простая! Чтобы принять ее безоговорочно!

Слишком лобовая!

К тому же входящая в противоречие с личностями действующих лиц. Вернее, с главным действующим лицом. С Будницким.

Он не производит впечатление супермена. Тем более хладнокровного убийцы. Где бы и когда он мог научиться убивать?

Где?

Когда?

— Вы проверили его биографию?

— Да, начиная с детского сада.

— Есть что-нибудь?

— Нет. В спецвойсках не служил. Служил в общевойсковых. В боевых действиях не участвовал. Курсы телохранителей не заканчивал. Неаргументированных отлучек, которые можно было использовать для учебы, не было…

— А аргументированные?

— Проверяем. Снимаем показания с сотрудников домов отдыха и санаториев, где он отдыхал. Ищем женщин, изображенных вместе с ним на фотографиях, снятых на отдыхе. Пока всe подтверждается…

Биография типичного обывателя. Ну как такой мог быть хладнокровным убийцей?

Другой — да. Другой наверное, мог. Потому что смог убить себя. Но, если следовать версии местных силовиков, он только исполнитель. Мальчик на побегушках. А сугубо гражданский Будницкий его шеф.

То есть все перевернулось с ног на голову. Кто был никем тот стал всем!

Может такое быть? При таких служаках, работающих не за совесть, но за один только страх лишиться места, пожалуй!

Но, с другой стороны, их тоже можно понять. Они знают не все. Они знают лишь то, что им положено знать. И поэтому склонны делать неправильные выводы.

Сказать им все? Нет. Пусть работают в рамках своей компетенции. И своих должностных обязанностей.