Обет молчания

Ступили на матово поблескивающее покрытие грязными кирзовыми сапогами. Плеснули раскаленным варом. Покрытие зашипело и расплавилось.

— Работаем всю ночь, — предупредил Ревизор.

— Не… Мы так не договаривались. Нам еще ту крышу…

— Плачу вдесятеро!

— Работаем всю ночь! — рявкнул бригадир. — Кто против — из бригады к чертовой матери!..

Рабочие наконец преодолели свою робость перед европейской чистотой и взялись за дело. За ними ходил бригадир. За бригадиром — Ревизор. Бригадир внимательно следил за качеством исполнения работ. Ревизор за окнами соседнего дома.

Агент Резидента не пропал. Агент Резидента был на месте. В своей квартире. Но был под колпаком. Его пасли. Так же как пасли квартиру Резидента и резервный тайник.

Агента сопровождали при каждом его выходе во двор. Даже если он шел в ближайшую булочную. Сзади, шагах в пятидесяти-ста, пристраивался юркий молодой человек и шел, по возможности прикрываясь деревьями, кустами, углами и тому подобными «складками на местности». Работал он профессионально, так, что от случайного прохожего не отличишь в упор. Во двор он не возвращался. На обратном пути помощника Резидента сопровождал кто-нибудь из его таких же неприметно-юрких коллег.

Если исходить из задач слежки — выяснение связей объекта, то где-нибудь в недалекой от него квартире должна сидеть группа захвата. На случай, если эти связи проявят себя и, заподозрив неладное, попытаются скрыться.

Если такая есть, то дело обстоит серьезно!

Так есть? Или нет? Кто может сказать?

Только разве старушки. Которые, как известно, знают все.

— Мне бы квартиру снять. В вашем районе. Не знаете, может, кто-нибудь сдает?

Старушки соседнего двора с большим удовольствием поведали о том, что свободных квартир, увы, нет. И заодно, что одна из их товарок очень удачно сдала квартиру в соседнем доме во втором подъезде. Вначале она не хотела, но потом ей предложили столько, что хватило на съем точно такой же квартиры неподалеку и приварок к пенсии, которого, если копить год, хватит на приличные похороны. В общем, повезло старушке. Не повезло помощнику. Еще и потому не повезло, что предстояла встреча с Ревизором.

Теперь-непременно!

Хотя не вполне понятно как. Дом обложен со всех сторон. Попытки проникновения через подъезд безнадежны. Зайти — дадут. Выйти — сомнительно. Дверь квартиры наверняка отсматривается с помощью видеокамеры или через глазок из противоположной квартиры. За глазком — полдюжины вооруженных бойцов. Готовые исполнить приказ — взять живым или мертвым.

Остаются окна. Которые тоже просматриваются со всех сторон. В том числе ночью, в отраженном свете прожекторов элитного дома.

Вот если бы прожектора не горели…

Или окна были бы чем-нибудь прикрыты…

Можно, конечно, попытаться прорваться силой.