Обет молчания

Начальник охраны перехватил лом и двумя руками, сверху, обрушил его на кресло.

И еще раз!

И еще…

Кресло под ударами разваливалось на куски. Вначале отлетели ножки, потом подлокотники, спинка…

Из-за разодранной в клочья кожаной обивки выпал какой-то небольшой сверток. Выпал и откатился в сторону.

— Этот? — спросил начальник охраны. Поднесли к свертку дозиметр.

— Он! Он самый! Источник излучения…

— Суки! — тихо сказал начальник охраны и, резко повернувшись, вышел из кабинета…

Глава банковского дома «Региональный кредит» умер к вечеру.

Небольшую дозу получила уборщица, убиравшая кабинет. Гораздо большую — рабочие, переносившие кресло. Самую большую — секретарша и зам шефа по кадрам. Которые, сидя в фонившем кресле, занимались любовью в кабинете шефа…

— Работа сделана, — сказал в телефонную трубку поролоновый голос.

— Я уже знаю.

— Вы удовлетворены?

— Вполне. И хочу надеяться, что никто ничего не узнает.

— Можете быть спокойны! Это средство не оставляет следов. И не оставляет свидетелей.

— Хорошо. Я понял. Спасибо.

— Я открыл сберкнижку в центральной сберкассе. На прежнее имя. Запомните ее номер…

— Деньги будут переведены не позже сегодняшнего вечера.

— До свидания.

— До свидания…

Глава 9

Человек стоял в будке городского телефона-автомата и набирал выписанные на лист бумаги номера.

— Вы давали объявление насчет сдачи квартиры?

— Да, давали.

— Значит, я тот, кто вам нужен.

— Но мы уже сдали квартиру.

— Значит, я не тот, кто вам нужен…

Новый номер.

— Я по объявлению. Насчет сдачи квартиры.

— Сдана!

Еще один.

— У вас квартиру можно снять?

— Да, можно.

— У вас комнаты как расположены?

— В каком смысле?

— В смысле куда окна выходят?

— Во двор и на улицу.

— На две стороны?

— Ну да, получается на две…

Очень хорошо, что на две. Что можно попасть во двор, а можно на улицу.

— А не все ли равно, куда окна выходят?

— Мне — нет. Я люблю, когда день, чтобы солнце было. А когда утро — сумрак. Чтобы в разных комнатах по-разному. В одной прохладно, а в другой светло.

— Ах, вот оно в чем дело. Тогда у меня хорошо. Как вам надо. Одна сторона северная, другая южная…

— Беру.

— Вам на какой срок?

— Пока на полгода. Можно?

— Можно хоть на год.

— Сколько просите?

— Пятьдесят долларов!

— Дорого берешь, хозяин.

— Ну это дело добровольное. Хочешь — бери. Не хочешь — не бери.

— Хочу. И, наверное, даже возьму.

— Деньги за три месяца вперед.

— За три много!

— Не хочешь…

Конечно, можно было и не торговаться. За каких-то три месяца. Но нужно было торговаться. Потому что принято было торговаться.

— Сбрось два месяца.

— Не могу. Мне деньги нужны.

— Ну хоть месяц.

— Не могу.

— Если сбросишь месяц, я сегодня деньги отдам.

— Сегодня?

— Ну да.

— Ладно, черт с тобой.