Молчание матерей

Судья вернул телефон Элене и закинул ногу на ногу.

– Это мы и пытаемся выяснить. По правде говоря, мы пока мало знаем о Монике. У нее была девушка, Луна, и Луна видела, как Моника вместе с вами заходила в отель «Пети-Палас» на улице Артуро Сории.

Элена предпочла не бросать судье вызов. Сарате хорошо изучил ее мимику и манеру поведения и сразу понял: она старается не смотреть Бельтрану в глаза, чтобы не выдать своего презрения. Элена открыла сумку и убрала телефон, чтобы немного успокоиться и не дать гневу увести допрос в неверном направлении.

– Луна полагает, что у вас был роман с Моникой Сузой, – начала Элена.

– Ничего у меня не было с этим уродом, – отрезал судья. – Иногда я назначаю встречи в «Пети-Паласе» лицам, которые могут быть полезны для нашей работы, но которых неуместно приглашать в мой кабинет…

– Значит, Моника фигурировала в каком-то расследовании?

– Я был бы рад помочь, но вы, конечно, знаете правила: я не могу обсуждать секретное расследование, которое ведется в данный момент. Это противозаконно.

– Я и не пытаюсь принудить вас к этому. Мне пришлось бы обратиться в Верховный суд, чтобы он обязал вас рассекретить информацию.

Элена произнесла это с улыбкой, и все же Бельтран уловил в ее словах угрозу.

– Вижу, инспектор Бланко, все, что я о вас слышал, – чистая правда.

– Не знала, что молва обо мне дошла до Национальной судебной коллегии..

– Рентеро, конечно, очень вас поддерживает, но рано или поздно это пройдет и все перестанут носиться с ОКА. Вы – единственный отдел, который работает без оглядки на действующие законы.

– К счастью, нам с вами редко приходится сотрудничать. Нам было бы непросто найти общий язык. Быть может, я наивна, но не понимаю, как секретное расследование мешает нам поговорить о Монике Сузе. Поймите: если вы продолжите молчать, мы не сможем предотвратить очередное убийство.

– Мы с Сузой были едва знакомы – пообедали вместе, побеседовали в отеле, который вы упоминали, и ничего больше.

Бельтран явно хотел завершить разговор, но Элена вновь достала из сумки телефон, нашла фото фаллоса, которое Моника прислала Луне, и, ни секунды не колеблясь, продемонстрировала его судье:

– Вы были едва знакомы – но она смогла сделать такую фотографию?

Реакция судьи озадачила Элену и Сарате. Он мог бы оскорбиться, мог бы все отрицать, но вместо этого усмехнулся и с любопытством кивнул.

– Так вот оно что. Фотографии с непонятно чьего телефона. Будете меня шантажировать? По-видимому, таковы ваши методы.

– Эту фотографию сделала Моника. А теперь она мертва. Почему Монику убили, да еще таким способом? Вы не знаете – или вам это неинтересно?

– Будьте любезны, уберите это. Мы с вами, в отличие от Моники, люди воспитанные.

Элена засунула телефон в сумку и встала.