Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

 — Когда-нибудь ты поймешь…"

"А Анна уже шла быстрым шагом в спаленку Пантелеевны, где та качала Сашеньку на коленях, гладя по спинке, успокаивая плач и отвлекая от боли, мучившей того. Буквально вырвала его из рук нянечки, пытаясь снова найти покой своему израненному сердцу в его детском запахе, утыкаясь носом в его маленькие ладошки.

— Ма! — воскликнул Сашенька, но почему-то сейчас это короткое младенческое слово не принесло благости, а только растревожило Анну. И как она ни прижимала к себе мальчика, так и не успокоилась, все дрожала отчего-то мелко, будто захворавшая. Не было впервые прежней радости, которая вспыхивала в ней при этом коротком возгласе, ушла уверенность в верности своих поступков. И только этот визит нежданный был тому виной. И те слова, произнесенные в тишине гостиной. Те самые, которых она так долго ждала…

Анна долго стояла после у колыбельки младенца, наблюдая его дневной сон, внимательно глядя на каждое движение век или носика. А потом отошла к окну, взглянула на занесенный снегом парк за стеклом и представила, как медленно рассекают белоснежное полотно дороги полозья возка, в котором уезжает Андрей.

Думает ли он о ней в этот миг? О, ей хотелось, чтобы думал! Чтобы каждый раз, когда он будет смотреть на кольцо с гранатами, которое она буквально от сердца оторвала своего нынче утром, Андрей вспоминал тот день в сарае. Каждый миг их короткого счастья.

Что, если она ошиблась, мелькнула мысль в голове. Что, если следовало уступить сердцу, которое кричало принять все, что предлагал Андрей этим утром? Открыть ему правду о происхождении Сашеньки, смириться с тем, что он никогда бы не принял ее с иным дитем… чужим дитем.

И снова кольнуло сердце обидой. А потом вдруг вспомнила, как едва не заплакала прямо там, в гостиной, едва услышала, что у Андрея мог быть ребенок от другой. И впервые за это время усомнилась в своей правоте, которую так тщательно лелеяла, которую взрастила, позволяя мечтам закружить себе голову.

Ах, если бы не было бы войны, подумала Анна, закрывая глаза. Если б ее не случилось, какая жизнь была бы тогда! И она мысленно увидела перед собой то, о чем так часто думала в тишине ночи без сна. Она бы была уже замужем, вестимо, за Андреем, еще на Рождество обвенчались бы в местной церкви (уж она-то настояла бы на том!). И папенькино здравие не ухудшилось бы так резко, и Петруша, ее милый Петруша, был бы жив и здрав, все так же кружил бы головы девушкам… Ах, если б не было войны!

И где-то там, посередине заснеженных просторов с редкими темными проплешинами полей, что лежали вдоль Смоленской дороги, Андрей думал о том же самом, трясясь на неровностях пути в возке. Ах, если бы не было войны и этой проклятой разлуки, столь отменно разрушившей то, что они едва начали выстраивать по кирпичику.