Моя незнакомая жизнь

– Рита, у тебя сейчас такое выражение лица, словно по голове чем-то тяжелым стукнули.

Ника так шутит. И я уж совсем было собираюсь сказать, отчего у меня такое выражение лица, но враз прикусываю язык. Нет, не буду ни с кем делиться своими делами. Если никто из них не причастен к происходящему, им ни к чему знать лишнее, а если причастен – тем более.

– Петь, подвезешь меня до дома? Что-то голова разболелась…

– Конечно. Поехали.

Я проработала с этими людьми несколько лет и думала, что знаю их. Возможно, так оно и есть, а потому я не имею права оскорблять их грязными подозрениями.

– О чем ты думаешь? – оживает Петр, отъезжая от офиса. – Пытаешься понять, кто из наших причастен?

Ого! А вот особых мозгов я у него раньше не замечала. Считала, просто хороший парень, и все. По мне, так даже слишком хороший.

– Не знаю, Петь. Заедем в «Ковровый двор», а? Мне нужно купить такой же ковер.

– Не вопрос. Я и занесу. Так ты правда думаешь, кто-то еще из наших не тот, за кого себя выдает?

Мне нечего ему сказать.

Мы заезжаем в магазин, где меня дожидается ковер – точно такой же, как испорченный. Вадик и не поймет, что на полу лежит другой. Потом хороший парень Петька тащит тяжелый рулон на мой пятый без лифта этаж. Я открываю дверь, и мы заходим в квартиру. Тишина не такая, как бывает, когда в помещении никого нет, а я все знаю о тишине, когда-то слушала ее часами и неделями.

– Давай помогу. – Петр снимает ботинки. – А то как ты его одна станешь стелить…

Ну, сегодня я буду не одна, но тебе об этом знать не надо.

Петька приподнимает диван, я засовываю край ковра так, чтобы лег ровно. Одна бы я точно не справилась.

– Все как было, Рита. Вадик ничего не заметит.

– Надеюсь. Правда, ковер не такой серый, как прежний, более голубой, но сын не обратит внимания.

– Вот и отлично. Ладно, Ритулька, я поехал, пока.

Он обувается и выходит, шаги его угасают на лестнице. Я возвращаюсь в гостиную – она снова привычно завершенная. Нет, ковер точно такой, как был, ничуть не голубее.

Маринка сидит в комнате, обхватив колени тонкими руками. Вроде смотрит в окно, но я знаю, что на самом деле она смотрит в никуда. И что мне с ней делать прикажете?

Девушка задумчиво накручивает волосы на палец. Это хорошо, что она наконец начала размышлять над жизнью. Лицо у нее все еще бледное и осунувшееся, хотя Маринка немного поела, поспала и немного успокоилась. Ну да, ведь совсем же маленькая!

– Сейчас сварю ужин. Придет Игорь Васильевич, поговорим и, глядишь, к чему-то придем.

Марина встает и бредет за мной на кухню. Пока я раскладываю принесенную снедь на полки холодильника, находит ведро с картошкой и принимается ее чистить. Вот молодец! Я-то терпеть не могу чистить картошку, а есть люблю, особенно пюре.