Моя (чужая) жена

Нас разделяет стол, но до меня доносится аромат крышесносных духов Руслана. И эта его уверенная поза, и серьезный, вдумчивый взгляд темно-карих глаз. И так идущая ему щетина.

Я смотрю на его серьезное лицо и ощущаю трепет от силы, которая от него исходит. Однако когда мы подходим к теме брака, я умолкаю и нерешительно смотрю на него.

Он и так мне очень помог, стоит ли озадачивать его снова?

— Что такое? — сразу подмечает мой взгляд Руслан.

— Я хотела тебя попросить еще кое о чем. Если не сможешь или не захочешь, я пойму.

— Слушаю, — сосредоточенно внимает Зверев.

— Ты бы не мог узнать, нет ли на мне каких-то активов? Например, недвижимости. Или еще чего.

Удивление на лице Руслана быстро сменяется все той же собранностью.

— Хорошо, узнаю. Дай мне пару-тройку дней.

Теперь удивляюсь я.

— Ты не спросишь, зачем это мне?

Зверев пожимает плечами.

— Если захочешь, сама расскажешь.

И я понимаю, что хочу. Хочу рассказать. Просто чувствую, что могу ему довериться.

— Дело в том, что муж уж очень настойчиво пытается меня вернуть. И родители туда же, наседают. И даже свекровь, которая меня не любит. Вот я и подозреваю, что дело в деньгах. Может, муж записал на меня что-то, пока мы были в браке. В общем, у меня ощущение, что все вокруг знают что-то, чего не знаю я.

Подробности о Маше я решаю опустить.

— Я понял. Узнаю."

"— Спасибо!

— Катя, у меня тоже есть к тебе вопрос, — подается вперед Руслан и гипнотизирует меня взглядом.

И я замираю в ожидании.

Глава 26. Предложение, от которого (не)возможно отказаться

Катя

Я улыбаюсь дочери, которая с радостными визгами прыгает в бассейн с розовыми и голубыми шариками. Показываю ей «класс» большими пальцами обеих рук.

Не будь тут Игоря, этот субботний вечер и вовсе был бы безоблачным, но он скользит за мной тенью, вызывая постоянное внутреннее напряжение.

Муж все время порывается со мной поговорить, но не может, потому что рядом крутится Саша. Точнее, крутилась до этого. Теперь на некоторое время все ее внимание приковано к бассейну, и Игорь пользуется моментом:

— Кать, присядем?

Он кивает на столик рядом, откуда прекрасно видно дочку.

Я тяжело вздыхаю и занимаю место.

Смотрю на мужа, который присаживается напротив, вытягивает шею и машет Сашуле рукой, чтобы она нас не теряла.

Все же, как ни крути, он хороший отец. Да и дочь весь вечер светится, как самая яркая звездочка на небе, то и дело подбегает к нему, обнимает, целует.

Эта картинка пробуждает во мне светлые воспоминания, связанные с такими вот совместными походами в детский развлекательный центр. Только теперь на эти приятные эпизоды словно капнули чернилами, и они все в уродливых черных кляксах.