Моя вина

До чего же он хорош! И сосредоточившись на вопросе, ответила:

– Не могла уснуть.

С тех пор, как мы познакомились, мы впервые разговаривали спокойно.

Он кивнул и перевел взгляд на Тора:

– Я вижу, тебе удалось завоевать его, – сказал он, нахмурившись. – Мой пес – предатель.

Я невольно улыбнулась, увидев, что его это задело."

"– Нелегко сопротивляться моим чарам, – сострила я.

После нескольких секунд неловкого молчания он повернулся к телевизору:

– Ты смотришь мультфильмы?

Я обрадовалась, что он сменил тему.

– «Мулан» – один из моих самых любимых, – призналась я.

– Понятно, Рыжая. Когда мне было четыре года, это был и мой любимый мультфильм, – пошутил он, подошел к дивану и сел рядом.

Он вытянул ноги на столе рядом с моими, и на мгновение мы застыли, глядя на экран.

Мы сидели близко друг к другу, и я боялась пошевелиться. Ник повернулся и пристально посмотрел на меня. Он был не такой, как всегда. Расслабленный, без тени презрения или превосходства. У него были печальные глаза.

– Где ты был? – спросила я шепотом.

Не знаю, почему я понизила голос. Мне тут же стало неловко, я не хотела показывать, что мне интересно, где он был и чем занимался. Его взгляд блуждал по моему лицу, пока не остановился на глазах.

– С тем, кто нуждается во мне, – ответил он, и я поняла, что речь шла не о девушках. – А что? Ты скучала по мне? – спросил он секундой позже.

Каким-то чудесным образом моя грусть рядом с Ником исчезла, снова хотелось улыбаться.

– Мне неуютно одной в таком большом доме, – призналась я шепотом.

Его рука лежала на спинке дивана. У меня перехватило дыхание, когда я почувствовала, как он осторожно коснулся сначала моих волос, а затем уха.

Мы смотрели друг на друга, и время для нас как будто остановилось. Я не слышала телевизора – ничего, кроме его дыхания и биения своего сердца.

– Ну вот, хорошо, что я уже здесь, – сказал он, наклонился и прижал свои мягкие губы к моим. Это был теплый и нежный поцелуй.

Я закрыла глаза. Погладила его лицо и запустила руки в его волосы. Губы его становились все настойчивее, пока я не разжала губы и не позволила ему слиться со мной в глубоком поцелуе. У меня побежали мурашки по коже, когда его руки опустились на мои плечи, затем спустились по бокам и остановились на талии.

Он вел себя совсем не так, как накануне вечером. Мягко и нежно прикасался ко мне, как будто боялся сломать. Я издала почти неслышный стон, когда его пальцы поднялись вверх по талии и коснулись кожи на спине. Невольно изогнувшись, мое тело оказалось еще ближе к нему, и с этого момента я уже не понимала, что делаю.

Я пересела к нему на колени, обхватив его ногами. Ник смотрел на меня, как загипнотизированный, и, отстранившись от спинки дивана, обнял меня.