Моя в наказание (СИ)

Я обещала набрать подругу еще на прошлой неделе, да все как-то…

Она знает очень мало: что Айдар нас нашел. И что хочет видеться с дочерью. Остальное для подруги в тумане. Не могу сказать, что для меня прямо-таки ясно. Наверное, поэтому и не делилась. Даже это откладывала.

— Ну как ты, Ручеек? Я так волнуюсь…

Вздыхаю, с нажимом проезжаясь утюгом по тонкой ткани.

— Сафику сегодня ручку прищемили… — Знаю, что Лейла спрашивает не об этом, но все равно делюсь.

Подруга цокает языком. Качает головой. Я вздыхаю еще раз…

— А я даже ответить виновнице ничего не смогла. Стыдно так…

Шепчу, чувствуя, что уши загораются. Может Айдар вспоминает? Вряд ли добрым словом.

— Но все хорошо?

— Да. Испугалась просто… И она, и я…

Слышу улыбку.

— Болат вчера вон тоже ка-а-ак грохнулся… Ка-а-ак расплакался… Я-то уже привыкла, знаю его. Громкий он у нас, а Азамат перепугался больше сына. Виновных всё искал… Никак не мог успокоиться…

Мне кажется, Лейла и сама понимает, что разговор свернул немного не туда. Но я — раньше. В груди печет. У детей должны быть папы, который за них любово виновника на тряпки.

Мне просто повезло, что Сафие приняла мой сумбурный рассказ о том, что папу у нас Аллах забрал. Но это не значит, что она в нем не нуждается.

И не значит, что я имею права ее лишать, когда он уже в прямом смысле топчется на пороге.

— Что там он, Айлин? — Лейла спрашивает напрямую, я опять-таки вздыхаю.

Ставлю утюг вертикально, чтобы дырку не пропалить. Беру телефон. Выключаю динамик и подхожу к окну.

Сафи спит. Не подслушает и не сопоставит, но я все равно зачем-то таюсь.

Прижимаюсь лбом к стеклу, смотрю на город. Он не у моих ног, конечно. Я — как и наш этаж — личность посредственная. Не то, что некоторые.

И угораздило же связаться с таким… Влюбиться в такого. Такому отдаться. Такого предать…

— Ничего особенного, Лейл. Как я и думала. Зол до ужаса. Ненавидит меня. Не простил. Сафи хочет… Забрать или видеться.

— Ой, Аллах… — Подруга пугается, качает головой. Мне еще хуже. Она тоже считает, что угроза может быть совершенно серьезной. — Прямо забрать? Так и сказал?

Киваю. Похоже, себе, а не ей.

— Да. У меня с документами проблема… — Замолкаю, а потом думаю: да какой смысл вокруг да около ходить? — Поддельные они. Он сразу сказал, что при надобности сможет доказать. А пока будут разбираться…

Я говорю и ответ напрашивается сам собой: нельзя с ним ругаться. Нельзя в схватку. Он меня размажет до мокрого следа на асфальте. Но как же с ним мириться, если он так сильно ненавидит?

— Ты говорила, что хотела ему про дочку сказать? — вздыхаю.

— Ему не важно, что там я хотела. Почему флешку подсунула. Почему ребенка скрыла. Я мразь для него…

— Не говори так, Ручеек. Ты мать его ребенка. Ты ему такой подарок сделала…

В груди становится тяжело.