Моя в наказание (СИ)

И мой распорядок прогулок, и вера в то, что справлюсь своими силами.

Пью кофе в тишине его кухни. Жду пробуждения гостей и дочки, а еще кручу в руках телефон.

В итоге, под ритм вылетающего сердца, открываю нашу с Айдаром переписку.

Еще рано, но сегодня понедельник. Он мог уже проснуться.

Пишу: «Доброе утро. Айдар, не мог бы ты мне помочь? Лейла с сыном будут у нас неделю. Я хочу показать им за это время как можно больше. Составила план, но может быть ты подскажешь что-то еще?»

Он читает сразу же. Не ждал, конечно, но как будто все же ждал.

Сердце отзывается болезненным нытьем. Я знаю, что он хотел бы прочитать другое длинное сообщение.

Знаю. Знаю. Знаю.

Вдогонку строчу: «Прости за наглость. У тебя работа. Я еще подумаю»

Отправляю. Он несколько секунд не реагирует, а потом отвечает:

«Во сколько вас забрать?»

Пульс подскакивает. Во рту сухо. Черт… Напросилась.

Но вместо того, чтобы жалко пятиться, беру себя в руки.

«Спасибо большое. Ты сможешь в двенадцать?»

Айдар отвечает, что может.

Во мне — бешеный выброс адреналина. Нечеловеческая энергия. Готовлю завтрак, собираем деток. Когда говорю Лейле, что нас заберет Айдар, получаю от подруги насторожено-задумчивый взгляд. Но вопросов она не задает. Слава Аллаху.

* * *От того, что гулять с нами будет отец, Сафие в восторге. Болат, раззнакомившись с Айдаром, тоже проникается.

А я в жизни не подумала бы, что специализация Айдара Муратовича Салманова — экскурсии и дети. Но дело в том, что он прекрасен во всем, за что берется.

Мне было стыдно даже от мысли, что я заставила его освободить из-за нас целый понедельник, а получилось еще хуже. Он почти неделю освободил.

А еще нашел нам личного экскурсовода, которая составила маршруты прогулок получше, чем это сделала я.

Программа получилась, возможно, даже слишком насыщенной. Мы каждый день выходим из квартиры утром и приползаем домой затемно уставшими до полусмерти. А еще наевшимися и полными впечатлений.

Айдар каждый же день перехватывает нас где-то ненадолго. Проявляет настоящее восточное гостеприимство.

Они мурлычут с Сафие. Он разговаривает с Болатом. Спрашивает у нас с Лейлой, всё ли хорошо. Контролирует.

Подруга смущается и всячески старается выразить свой восторг и благодарность. Я… Чувствую себя садисткой. И мазохисткой тоже."

"Оказывается, я дико по нему соскучилась. До дрожи пробирает все — его голос, пусть довольно формальное, но общение. Взгляды. Я жду, когда встретимся в каждый из дней. Потом долго смакую.

Мы друг друга не касаемся. Не говорим о личном. Не пускаем наружу боль. Но моя душа в ответ на его присутствие рядом покрывается мурашками.

В пятницу, накануне отъезда Лейлы и Болатика домой, Айдар снова освобождает для нас целый день.