Моя. Твой. Наши (СИ)

- Какая-то вкусная штука, походу, этот ваш смузи, - задумчиво произнесла Алёнка, следуя за нами. – Тоже попробовать, что ли?

- Вообще-то, смузи только для детей, - поучительно цокнула Алиса. – А ты же не маленькая.

«Понятно?» - спросила я подругу взглядом, на что она весьма понимающе поджала губы и кивнула.

- Простите-извините, - обратилась она вслух к моей дочке, которая важно толкала перед собой тележку.

Мы повернули к рядам с детским питанием, а я слегка насторожилась и будто начала краснеть, увидев мужчину, который четыре дня назад обратился ко мне за помощью с первым прикормом. Отчего-то сейчас я решила вспомнить и прокрутить в голов наш разговор, чтобы понять, не была ли я слишком легкомысленна в своих советах. Может, нужно было отправить этого мужчину к педиатру, и не строить из себя опытную маман?

Мужчина держал в одной руке тихо хнычущего малыша, который был повернут к нам, а сам перебирал баночки с детскими пюре, явно нервничая и психуя.

Сегодня мужчина казался куда более измождённым, да и его сын тоже. В прошлый раз он хотя бы улыбался, а сегодня будто пытался выкрутиться из рук своего папы.

Алиса знающе подошла к полке со смузи и выбрала себе ягодный. Алёна умилялась отцу с ребенком на руках, пока я, слушая внутренний голос, пыталась понять, стоит ли мне подойти к мужчине, чтобы выяснить, как проходит их первый прикорм.

- Стас, - недовольно и очень тихо буркнул мужчина, поправив ребенка в своей руке так, чтобы тот не выскользнул на пол.

Мужчина мазнул по мне взглядом и снова вернул внимание к полкам с пюре, а затем резко повернул голову в мою сторону, кажется, узнав.

Паника подкатила к горлу. В его взгляде благодарности я точно не видела, зато отчетливо прочитала в нём желание открутить мою голову.

- Вы, - обратился вдруг ко мне мужчина и пошёл в мою сторону, а я напряглась. Увидев, что на моём лице не написано ничего хорошего, Алёнка машинально завела мою дочку за себя и тоже приготовилась вступить в возможный конфликт.

- Да, здравствуйте, - улыбнулась я дрожащими уголками губ, не понимая, нужна ли кому-то, вообще, моя улыбка.

- Что я делаю не так? – вдруг спросил мужчина, перехватив своего хнычущего сына поудобнее. Не вопрос, а крик отчаяния.

- В смысле?

- Я ввел прикорм. Всё, как вы сказали и как написано на банке. Но мой сын не ходит по большому уже четвертые сутки. А сегодняшнюю ночь он почти не спал из-за плача и капризов.

Знакомая ситуация.

- Вы дали ему много пюре? – спросила я. - Больше, чем рекомендовано?

- Я… - мужчина нахмурился, опустил взгляд в пол, словно пытался что-то посчитать или вспомнить. – Да. Во второй день я дал ему больше, потому что никаких аллергических реакций не было. И с настроением всё было хорошо.

- Это плохо, - поджала я губы.