Моя. Твой. Наши

Поэтому я позволила себе просто расслабиться и насладиться моментом нежности. В конце концов, у нас свидание, а за весь вечер мы только первый раз друг к другу прикоснулись.

- Могу и вторую руку согреть, - предложил Никита.

- Нет. Пусть привыкает мёрзнуть. Нас ведь скоро посадят, а, говорят, в тюрьме холодно.

- Горячая сосиска в тесте точно согреет обе твои руки.

- Две сосиски. Мне нужно чем-то занять обе руки, чтобы я снова тебя не поколотила. Ну, скажи, что ты заплатил, Никит!

- Скажу, - кивнул он с хитрой улыбочкой.

- Заплатил?

- Вот отличное кафе. Всегда свежая выпечка…

- Никита, блин!

Глава 24. Лера

Глава 24. Лера

- То есть ты директор по развитию розничной сети магазинов? А что за магазины, ты мне так и не сказал?

- В одном из них мы с тобой познакомились, - Никита скромно улыбнулся уголками губ.

- Вау! Наверное, у тебя бешеная скидка там?

- Наравне со всеми. Я рядовой покупатель.

- Эх, а я-то уж было понадеялась, что обзавелась полезными связями, и смогу теперь покупать Алиске йогурт с большой скидкой.

- Могу поделиться скидочной картой, - усмехнулся Никита.

- У меня целый отдельный кошелек со скидочными картами любых магазинов и даже заправки, хотя у меня даже машины нет. Это я могу с тобой поделиться.

Наконец, я чувствовала себя в своей тарелке в уютном кафе.

Сладкий чай приятно согревал, в воздухе витал запах свежей выпечки, а люди за соседними столиками не стеснялись разговаривать и смеяться между собой. Не жеманничали, не скупились на эмоции. Хотя бы здесь можно было смеяться и не ловить на себе осуждающие взгляды ресторанных эстетов.

Никита тоже чувствовал себя, как в своей тарелке. Снял пальто, пиджак, закатал рукава рубашки и от души наслаждался сосиской в тесте, которую сдабривал соусами по моей рекомендации.

- Гендир называет меня декректор, - сказал Никита усмехнувшись. – Типа, он директор, который в офисе, а я директор, который в декрете. Декректор. Айтишник, короче.

- Забавно, - хохотнула я. – Для меня, как специалиста в ГорОНО никаких прозвищ не придумаешь. Разве что не самых лестных, которые, кстати, душки-учителя придумывают.

- Кстати, да. Когда в школе учился, думал, что учителя душки. А в прошлом году ходил на встречу выпускников – десять лет с выпуска - и оказалось, что я был не готов к тому, что учительница первая моя будет говорить со мной за жизнь за бутылкой коньяка, как с ровесником.

- Твоя жизнь теперь не будет прежней, - рассмеялась я.

- Больше никогда, - с нарочитым страхом в глазах произнес Никита и смачно откусил сосиску.

- Подожди. У тебя здесь… - я взяла салфетку и отерла уголок его губ. – Соус размазался.

- Подожди, у тебя тут тоже… - Никита без салфетки коснулся уголка моих губ и мягко потёр подушечкой большого пальца.

- Что там? – кажется, я начала краснеть. По крайней мере, мне точно стало жарко.