Моя. Твой. Наши

– Вы бы и сами, наверное, не отказались, когда Лера была ещё малышкой, чтобы был кто-то кто возьмёт на себя часть работы дому?

- Когда Лера была малышкой, я отлично со всем справлялась сама. Без помощников, доставщиков и уборщиков. У Леры еще и брат есть, между прочим. И ничего. Ещё и на работу ходить успевала. И не ныла. Все живы и здоровы.

- Но зато потом с кухни кричала о том, как устала и как от всех не дождёшься помощи, - цокнула я."

"- У меня закончились аргументы, - Никита качнул головой и пригубился к кружке с чаем.

- Выйдем на балкон? - произнес вдруг папа, впервые нарушив молчание за последние полчаса.

- Папа, ты же не собираешься Никиту с балкона сбрасывать? – спросила я аккуратно.

- Поговорим мы с ним нормально. Без этих ваших… - папа старательно подбирал слово, посмотрев на меня и на маму. – Короче, меряйтесь своими… тарелками без нас. Но, так, для справки, в этом последнем споре я на стороне Никиты и Леры. Если моя дочка не хочет потеть на кухне, то пусть не потеет. Сейчас у них, и правда, для этого есть все условия. Ты бы тоже, мать призадумалась.

- Федя! – возмущенно воскликнула мама.

- Всё, Никита, пошли.

- Угу, иду.

Никита бегло поцеловал меня в щеку, наспех натянул толстовку и вышел с папой на балкон.

Мы с мамой наблюдали на ними через стекло и обе волновались о том, как бы эти двое не учинили драку на высоте четвертого этажа.

- Лера… - аккуратно начала мама.

- Даже не начинай, - оборвала я её. – Я уже взрослая, мам. Можно уже начать мне доверять? Я же не бегаю за вами с папой, не проверяю устроили ли вы там в свои сорок пять и пятьдесят лет секту или притон в квартире, когда я от вас съехала. Почему вы себе позволяете такие проверки? Что это инспекция мусорного пакета и полок? Ничего, что вы меня только что опозорили? Или вам как, нормально?

- Мы – твои родители. И ты всегда будешь для нас ребенком…

- Но мне уже двадцать четыре, мам. У меня у самой ребенок. Может, пора уже начать мне доверять? Тогда не помогали бы мне с покупкой этой квартиры, раз не доверяете.

- Вот, когда у тебя Алиса подрастет, посмотрим, как ты запоёшь.

- Ясно, - нахмурилась я и снова отвернулась на папу с Никитой, которые, в отличие от нас с мамой, разговаривали вполне спокойно и даже улыбались.

- И как ты ему так быстро доверилась? Вы же знакомы всего ничего. А ты не думала, что он Алисе может что-нибудь сделать?

- Что, мам, он может сделать Алисе?

- Сама подумай. Он же отчим ей, получается. Сама знаешь, какие они бывают. Вон сколько передач по телевизору, где…

- Я даже думать про это не хочу, мам! И слышать! Никита – мой человек. И всё. Это стало ясно при первой встрече. Просто понимаешь, что незнакомый тебе человек уже родной. Будто он всегда был. Мне с ним хорошо. Такого спокойствия и уверенности у меня не было даже с отцом Алисы.