Он - моя тайна

 — Голодный?

— Очень.

Я из фитнес-клуба приехал и действительно не прочь перекусить, тем более жена решила побаловать любимым блюдом. Она вообще зачастила с удовлетворением моих желаний. Я не понимал, с чего такая перемена. А может, не хотел понимать? Мужики, если косячили цветы и украшения дарили, а женщины готовили и телом расплачивались щедро. Сука, неужели это моя история? Я так часто ревновала ее, но никогда не думал, что сделаю, если реально узнаю об измене. Единственное, в чем уверен: я не отдам жену никому. Я ничего не боялся, кроме того, что Дина может полюбить другого. Или вспомнить старую любовь…

— Пойдем со мной в душ, — я выключил плиту и подхватил жену за бедра.

— Но я же готовила… Матвей…

— Он с пацанами в футбол во дворе гоняет.

Я отнес ее в ванную, ногой закрыл дверь, посадил на длинный мраморный стол и стянул футболку. Ну что, откажет мне моя любимая женушка, или виновато повинность отбывать будет?

— Жень, — слабо запротестовала, когда спустил с плеч домашнее платье, грудь оголил, — там же спагетти варятся еще…

— Значит, есть буду макаронную кашу…"

"Я, не отрывая глаз от ее лица, обвел пальцами контур груди, соски подразнивая. Они заострились пиками, в рот просились. Юбку задрал, ноги себе на пояс закинул, коснулся черной полоски трусиков — влажные, как и нежные губы внизу. Смазку прозрачную растер между пальцами и один ввел внутрь. Дина вздрогнула и выгнулась, в плечи вцепилась, языком по моим губам прошлась.

Мы помирились после моей реальной лажи с деньгами. Откатить бы, да не поможет, дело совсем в другом уже. Происходило с Диной что-то, а я не мог понять: то или не то? Она не избегала секса, не зажималась и не симулировала удовольствие. Ее не раздражала моя близость. Но было в ней какое-то отчаянное стремление принадлежать мне. Я совсем терялся. Есть, блядь, у нее кто-то? Или меня уже несет не в ту степь? Я никогда не был паникером. Всегда рационально оценивал ситуацию, а сейчас не понимал ничего. И не уверен, что хотел понять. Но я чувствовал. Все чувствовал. Красавицу свою. Ее смятение и раздрай. Такого не бывает на пустом месте.

— Я люблю тебя, Дина, — шепнул ей в губы, прежде чем поцеловать, глубоко, страстно, агрессивно. Моя женщина. Не отдам!

Она не ответила словом, дышать могла с трудом, но сама расстегнула ремень и ступнями стянула джинсы вместе с бельем.

Мы с Диной не всегда имели одну точку зрения, иногда спорили, крупные ссоры тоже бывали, но в сексе понимали и принимали друг друга на сто процентов. Вот и сейчас я позабыл о терзаниях и сомнениях, осталась только женщина в моих объятиях и наслаждение, которое дарит обладание ею. Вкус ее губ, карамельный запах кожи, воздушный и притягательный, горько-сладкие поцелуи и страстные движения бедер мне навстречу.