Он - моя тайна

 — улыбалась и флиртовала Влада. Женя только бровь приподнял надменно. Такая манера общения его не привлекала. Он и Настю недолюбливал из-за бестактности и вульгарности. Я называла это открытость и раскрепощенность.

— Это мой муж. Евгений Савин, — и повернулась к нему. — Это Влада Степановна Барсова. Она представляет заказчика.

Влада кокетливо подала руку. Женя любезно поцеловал ее.

— Очень приятно, Евгений.

— Взаимно.

— Удивительно, — улыбнулась она, и мне эта улыбка совсем не понравилась. — Когда я в первый раз увидела Дину, то решила, что она студентка, представляете!

— Действительно, весело, — Женя поддержал разговор. У него как раз таки с тактом полный порядок. А вот от Барсовой жди недоброго, каверзу какую-нибудь.

— Еще говорю, — продолжала она, — «Максим, тебя что, на малолеток потянуло?!», когда встретила их в «Паризьене», — она рассказывала это как смешную историю, бесхитростную и глупую, а у меня земля под ногами загорелась, когда Женя перевел на меня прошивающий невыносимой тяжестью взгляд. Я не понимала, что он думает? Какие эмоции им владеют? Знала, что с его характером ничего хорошего мне не светит, но насколько высоко по шкале погибели я находилась сейчас? Самый большой страх — неизвестность.

— А оказывается, Диночка у нас взрослая, замужняя девочка. Забавно, правда? — Влада мило хлопнула голубыми глазами и Жене в лицо заглянула. Он отвел от меня тяжелый взгляд, переключая внимание на нее.

— Обхохочешься.

— А вы знакомы с моим пасынком? Это все, — она обвела зал руками, — его заслуга. Он теперь управляет «Астронефтью».

— Нет, но с удовольствием познакомлюсь, — Женя галантно предложил руку мне и Владе. Она, не стесняясь, обвила его локоть, прижимаясь бедром к его ноге. Вот сука!

Я на автомате кивала гостям, которых не знала, но так было принято. Хотя вежливость — последнее, о чем сейчас заботиться нужно. Я Макса увидела. И не только я. В компании таких же богатых и важных, но и в половину не настолько привлекательных. Смокинг подчеркивал широкий разворот плеч, обрисовывая элегантными штрихами крупную фигуру спортсмена. На пляже в одних плавках, с бронзовым загаром и каплями соленой воды на мощном теле выглядел бы еще лучше. Щеки загорелись от моих мыслей. Правду говорят: на краю обрыва, перед самой смертью, и воздух слаще.

Максим тоже заметил меня: его глаза зажглись многообещающим пламенем. Он не скрывал своего восхищения, не таился, наплевав на приличия. Пожирал меня глазами. Неужели для этого прислал приглашение? Чтобы скомпрометировать окончательно и бесповоротно? Решил форсировать события?

Только через долгую минуту Макс оторвал от меня взгляд и обратил внимание, что я не одна. Теперь его лицо стало непроницаемым. Я искоса посмотрела на мужа.