Он - моя тайна

Прошу, — Макс ошеломленную меня в оборот взял тут же, не обращая внимания на весьма красноречивый взгляд Влады. Я ей в принципе не нравилась. Теперь она меня ненавидела. Это не сварливость мамки, сына от юбки не желавшей отпускать, это ревность женщины. Интересно, Макс понимал, что мачеха имела на него совсем не родственные виды? Вроде не дурак, должен осознавать. Только зачем меня, замужнюю женщину, в эту темную историю втягивать?

— Что за игры ты устроил? — упрекнула, когда в лифт зашли, спускаясь на подземный паркинг.

— О чем ты?

— О твоей мачехе. Влада странно на тебя реагирует.

Я не стала говорить, что ее плотский интерес очевиден до неприличия. Мало ли, вдруг ошиблась, и она реально мать ему заменила. Я знала, что родители Максима развелись давно: возможно, он реально близок с мачехой. Как с матерью, естественно, потому что любовная связь между ними — это отвратительно. Жена отца все-таки. Фу!

— Теперь еще и на меня бросаться будет.

— Черт, я затупил с ней, — он сокрушенно голову уронил. — Я не думал, что ты согласишься работать после моих домогательств. А она умоляла взять ее. Отец просил присмотреть за Владой, а у нее начались проблемы с пристрастиями, — он неопределенно рукой махнул. — В общем, не принимай ее всерьез: после благотворительного бала уберу ее. — Макс на меня посмотрел и обезоруживающе улыбнулся. — Думаешь, мне легко?

— Я тебя жалеть не буду! — да, я кокетничала. Совсем не хотела, оно само как-то! С ним я чувствовала себя прежней: юной девушкой, легкой и свободной. Барьеры между нами неумолимо таяли, а тонкая ниточка воспоминаний о былых чувствах превращалась в крепкий канат из сердечных жил, переплетенных между собой. Из двух душ, стремившихся навстречу. Только нас не двое. Нас больше. Я не должна об этом забывать. Я жена другого мужчины. Я мать ребенка. Его, Макса Барсова, сына. И я даже боялась предположить, как он отреагирует, если узнает о моей тайне.

— Поедем на моей машине, — и повел меня куда-то. Мы прошли мимо хромированного «Лексуса», из которого выскочил водитель, но не остановились. К внедорожнику подошли.

— Наверное, я лучше на своей… — мне страшно оставаться с Максимом наедине в интимном полумраке. У меня уже предательски дрожало тело, а сердце ему в руки прыгнуть хотело.

— Дюймовочка, я ведь обещал… — произнес так, что стало ясно, насколько жалел об этом обещании.

В машине пахло кожей и едва уловимым ароматом мужчины: смесь туалетной воды, средства после бритья и острого запаха порока. Тех самых феромонов, которые невозможно описать словами, но действовали они безотказно — сразу по защитным женским барьерам били.

Я подняла на Максима глаза. Он тоже смотрел на меня.