Моя пушистая проблема

Он давно уже нарушает традиции…

— Я не просил перечислять мне достоинства или недостатки второго лица государства, — в голосе Искара хрустел лед. От альфы прянула вдруг в стороны такая огромная, всеобъемлющая сила… Мне хотелось поежиться. Замереть, застыть, а лучше — провалиться сквозь землю, дрожа осиновым листом, — я спросил — зачем вы явились сюда, нарушая собственные законы?

— По какому праву ты вообще мешаешь нам пройти, Дарт? Это дело никак не касается твоего клана. Дождешься Жнеца — и будешь решать свои проблемы с ним, — вмешался в разговор ещё один собеседник — высокий шатен с острым, неожиданно молодым и ясным взглядом. В нем не было заносчивости — только интерес и легкая подначка.

— Быть может, вы, для начала, наконец, скажете, зачем прибыли такой впечатляющей компанией, господа? — снова ровная усмешка.

— Щ-щенок! — первый, которого я окрестила Ястребом, зло рявкнул — и правда как будто заклекотал.

— Аро Нарт, советую быть более вежливым. Не забывайтесь, — Искар даже не дрогнул.

— Мы прибыли, чтобы забрать Миррима Вайре, — заговорила одна из двух присутствующих здесь женщин. Уже очевидно немолодая, но все ещё статная, высокая и гибкая с приятными чертами лица, которые портила брезгливая складка у губ.

Мир, стоявший за нашими спинами, прижался ко мне крепче. Что-что? Мальчик сказал “старая кошелка”? Растет!

— По какому праву? — хладнокровно мотал чужие нервы в клубок любезный дядюшка.

Я не услышала, что ему ответили — в этот момент мое внимание привлекла вторая дама.

Она держалась позади членов Совета. В добротном, но довольно скучном темно-сером платье с голубым кантом. В строгой шляпке-чепце, эдаком древнем монстре с лентами, который покрывал плотно голову. Она стояла тихо, едва не смотря перед собой. Но мое внимание все же за что-то зацепилось. Пытаясь понять, что же не так, сделала шажок влево. Незнакомка повернула, голову — видимо, порыв ветра резко ударил её в лицо, щедро плеснув пыли. И… нет. Я не увидела таинственного знака, старой родинки, шрама, любимой вещицы, которую смогла бы с легкостью опознать.

Но моих ноздрей коснулся запах. Омерзительный, тошнотворно-приторный, с металлическим оттенком.

Запах знакомый в некоторой степени. Не мне — кошке. И пусть тогда она ещё, кажется, не успела проснуться, но… я ей верю. Что-то да отложилось. Как это работает у оборотней, ещё предстоит разобраться. Куда важнее не пропустить в свой дом убийцу и диверсантку сомнительных кровей. Как они не чувствуют, что от неё воняет иными? Нежитью воняет!

Стараясь не привлекать внимания, я дернула осторожно Марнуса за рукав.

А сама в это время снова и снова гладила звенящую от тревоги нить, которая связала мою душу с душой моего волко-кота. Эренрайте Вайре.