Моя простая курортная жизнь 5

— Да чего уж, весь Карпов в курсе, что он помнит. Факт номер какой? — повернулся я к Катерине.

Зараза недобро царапнула меня глазами, видя, как хорошо я устроился на этом месте."

"— Вам не кажется, что это не смешно? — холодно отчеканила она. — Забить чем-то машину — это очень опасная злая шутка.

О, как заговорила. А запереть человека в подвале на всю новогоднюю ночь — это добрый веселый розыгрыш? Тогда у тебя не было возражений.

— А может, это просто намек, — подытожила Регина, поймав ее глаза в зеркале, — что если племенному самцу пытаться эгоистично кастрировать яйца, то трусы начнут появляться в самых неожиданных местах?

Взгляды кузин столкнулись — и, казалось, зеркало сейчас треснет.

— Аккуратнее на поворотах. Крутой серпантин, — сухо бросило одно величество и отвернулось к окну, глядя на тачку сзади, которую мы тащили как ненужный прицеп.

Оттуда ей помигали фарами, словно спрашивая, все ли в порядке. Да все в порядке. Никто тут твою королеву с горы не выкинет. Хотя руки временами чешутся.

Когда мы добрались до ближайшей заправки у подножия, там уже ждал эвакуатор. Пара минут — и дело сделано, мудачья тачка укатила прочь, а сам мудак и его драгоценная пассажирка остались без средства передвижения в вечерней темноте полупустой парковки.

— Могли бы и сказать, что в клуб поедете, — пожурила их Регина. — Потусили бы вместе. Все-таки я не каждый день приезжаю…

— Сегодня мы хотели провести вечер вдвоем, — отозвалась зараза и взяла своего спутника под руку.

— Ну да, ну да, вы же сейчас так редко вдвоем… Ты мигни, — насмешливо кинула наша тусовщица Мишелю, — если у тебя хрен в заложниках…

— А я и не рассчитывал, что все поймут, — он покрутил рукой с витиеватой татушкой, которая так и сообщала «не все поймут».

Наверное, специально для этого случая и набил, чтобы лишний раз не объяснять свои придури.

— А тут-то что? — Регина кивнула на его густо исполосованные руки. — Где опять экстремалил?

— Дикий зверь напал, — выдал клоун и с иронией взглянул на свою королеву.

— А нечего, — взглянула она в ответ, — лезть к чужим кошкам.

— Да это вообще моя кошка. Ласковая и добрая была, пока к тебе не переехала…

— Так что теперь это моя кошка…

Казалось, в этом абсурдном разговоре про какую-то кошку исчезли все и стали неважными, кроме ее хозяев. Словно все остальные отправились в воображаемый багажник, вполне реальный подвал или забытые воспоминания — два эти зла всегда умели показывать другим их место. Так и хотелось сказать «ребят, а мы вам не мешаем? Не слишком громко дышим рядом?»

— О, — влезла наша тусовщица, которой явно хотелось найти место в этом разговоре, — у вас уже есть общая кошка. Что еще общего заведете?

Однако места в этом разговоре не было даже для нее.