Моя поневоле

Вот оно, подтверждение… Беременная женщина не станет лгать!

– Его тело… его нашли? Когда похороны?

– Что? Чье тело? – удивленно переспрашивает Вилена. – Ты про чудовище, которое тебя избило? Мне совершенно наплевать, где его тело!

– Нет, я про… Прости, неважно.

– Ненавижу таких уродов. Которые считают, что сильные, крутые, а сами только и могут, что на слабых руку поднимать! Я бы своими руками этого урода…

– Я не хочу о нем говорить. Лучше объясни, что я здесь делаю? Почему твой муж меня привез?

– Я не знаю, – говорит Вилена удивленно. – Тагир мне не объяснил, просто поставил перед фактом, что ты здесь. Я подумала, что это связано с его старшим братом. Извини, что говорю это, но мне показалось, между вами что-то есть. Если не права, еще раз прошу прощения! Но на свадьбе, вы так смотрели друг на друга! Вы так красиво смотрелись вместе.

Значит, Вилене не сказали о смерти Далхана. Я бы очень хотела принять это за надежду, но я видела, как в него выпустили пули, как он упал. Волков бы ни за что его не оставил, точнее не дал бы надежды выжить. Не зря же Рустам обвинял его. Нет, я не буду цепляться за пустые надежды, но и убивать правдой Вилену не могу.

– Я знаю, что ты планировала улететь в другую страну, начать новую жизнь. И все же, прошу, не торопись. Ты здесь желанная гостья. Отлежись, пусть пройдут синяки. Если захочешь улететь – мы поможем.

Вилена вытащила меня из дома, уговорив на прогулку. Погода и правда стояла чудесная, золотая осень вступила в свои права. Очень тепло, и в то же время никакого палящего зноя. Красота палитры опавших листьев, ни с чем не сравнимый запах осени.

Мы прошлись до ручья, где встретили Нурпат. Девочка держалась немного отстраненно, но в то же время не холодно, не показывала, что обиделась на мою вчерашнюю резкость. А меня мучила совесть. Не должна я вот так. Да, больно, да, почти невозможно терпеть, но этот ребенок в этом не виноват. Как и Вилена.

К концу прогулки я чувствовала себя так, словно всю жизнь прожила в этой деревне.

Глава 21

Прошла неделя, с момента как я очнулась в деревне, принадлежащей Валиевым. Каждый день пребывания здесь был для меня одновременно болью и каким-то остро сладким наслаждением. Я много времени проводила с Нурпат. С каждым днем привязываясь все сильнее. Помогала ей делать уроки, с удивлением вспоминая то, что как я думала, давно позабыто. Да, когда-то я была примерной ученицей и отличницей. Кажется, это было в прошлой жизни."

"Нурпат рыдала над геометрией и черчением, а мне эти предметы давались с легкостью. Мне хотелось держаться подальше от этой девочки, но судьба словно специально толкала к ней. Я не могла противиться. Нас влекло друг к другу. Нежность, с которой Нурпат тянулась ко мне, обезоруживала. Больно было думать о том, что скоро уеду.