Моя. Под запретом

Кольцо, спрятанное в футляре, село на безымянный палец Светы идеально. Пара к женскому украшению лежала там же. А Демид терпеливо ждал, пока Света сообразить, что делать с ней.

И когда Тамик Тахиров, наконец, добрался до второго этажа, Демид Ирбис самозабвенно целовал свою избранницу. А на руках обнимавшихся молодоженов красовались обручальные кольца.

* * *– Ни стыда, ни совести, – ворчал Тахиров, потягивая крепкий напиток из своего стакана.

За столом, накрытым по случаю внезапного семейного торжества, остались одни мужчины. Прекрасная половина семейства отделилась, чтобы обсудить свадебную подготовку. Но поскольку женщины оставались в той же комнате, то разговор был слышен и им.

– Даже не сказал! – с укором и досадой поддержал Бага своего отца.

– Он даже мне не сказал! – вмешалась Света, а Демид, услышав фразу любимой, перехватил ее взгляд и подмигнул.

Света вздохнула. На скуле и под глазом Ирбиса имелись внушительные «фонари». И от девушки совсем не укрылось то, как Демид едва заметно кривился, стоило ему слишком резко пошевелиться. И даже несмотря на побои, Ирбис пребывал в отличном настроении, пожалуй, даже было несколько непривычно Свете видеть любимого вот таким: довольным, улыбающимся, расслабленным.

Света и дальше обменивалась бы с Демидом смущенными (с ее стороны) и многозначительно бесстыжими (со стороны Ирбиса) взглядами, если бы домой после занятий не вернулась Марьяна.

Светлозара ощутила мимолетное чувство неловкости. Оно кольнуло девушку, когда Маша в приветственном жесте обняла Демида. Бред, конечно же. Света прекрасно видела, да и верила любимому, понимала, что между ним и Марьяшей нет ничего, кроме крепкой дружбы и взаимопонимания. А потому девушка постаралась прогнать эти непрошенные и ненужные эмоции.

И внезапно Света поняла, что ей необходимо задать младшей сестренке несколько вопросов. Без свидетелей. Гостиная отчего дома совершенно не подходила для подобных бесед, а потому Светлозара, обнимая Марьяшу, коротко шепнула:

– В твою комнату. Живо!

И чтобы Машка не спорила, Света будто случайно поддернула ворот на легкой блузке сестры, закрывая оголившийся участок светлой кожи."

"Марьяна лишь кивнула и ускользнула из комнаты, сославшись на то, что после учебы хотела бы быстренько освежиться и сменить наряд.

– Маша, что происходит? – потребовала Света ответа, когда закрыла дверь спальни младшей сестренки.

– У меня тот же вопрос, – хохотнула Марьяна, – ты теперь Ирбис. Я, кстати, очень рада за вас. Но за Демида больше. Он классный. А ты вредная.

– Ну, спасибо, сестренка, – в шутку обиделась Света, но тут же вернулась к вопросу, оставшемуся без ответа. – Маш! У тебя засос на шее. Странно, что родители не заметили. И странная ты, Маш! Не похожа на себя.