Моя. Под запретом

– Наедине, – продолжила говорить Маша, а Света согласно кивнула еще раз и потянула сестру дальше от Демида, к лавочке, освободившейся только что. Однако Маша застыла, не позволив себя утащить, – Светик, подожди, пожалуйста в машине. Пару минут! Пожалуйста!

– Маша! – прищурилась Тахирова, глядя на сестру.

– Так нужно, Свет. Пожалуйста! – взмолилась Марьяна и перевела не менее умоляющий взор на Демида. Тот продолжал стоять неприступной гранитной скалой, убрав руки в карманы брюк и слегка склонив голову, отчего казался чуть ниже ростом. Впрочем, даже оставаясь в таком положении, он был гораздо выше сестер Тахировых. А еще – злее.

– Две минуты, Маша! А потом ты мне все расскажешь! Как есть! – изрекла Света и, чеканя шаг, вернулась к машине. Дверью не удалось хлопнуть. А из-за закрытых окон Тахирова ничего не могла расслышать. Зато, не отводя глаз, смотрела на парня и девушку.

Марьяна была красавицей. Более стройная, изящная, хрупкая. Именно она была маленькой принцессой. Света никогда не ревновала сестру к родителям, не считала, что ее любят меньше, или относятся к ней строже. Не чувствовала себя ущемленной. Никогда.

А теперь…

Марьяна стояла лицом к Демиду. Ей приходилось запрокидывать голову, чтобы смотреть в лицо собеседнику. Маша что-то неистово, без остановок, говорила. Ирбис хмурился и молчал. Они стояли очень близко друг к другу. Но парень не шевелился, чтобы обнять Машу. Слушал.

Тахирова тряхнула головой, будто тоже начинала злиться. И вдруг Ирбис что-то произнес. Коротко. Но эти несколько слов заставили Машу качнуться вперед. Девушка уткнулась лбом в широкую грудь парня. А мужская ладонь коснулась девичьего затылка, гладя по волосам.

Света должна была отвернуться. Обязана была. Это ведь разговор двоих. И свидетели им ни к чему.

Но не могла. Смотрела, жадно следила за тем, как широкие ладони Демида двигаются по хрупким плечам, спине, затылку.

Света моргнула, прогоняя непрошенные слезы. Плачет? Нет, только не сейчас!

Слезы пришлось торопливо вытирать рукавом мужского свитера, который все еще был на ее плечах. Совсем не помогло. Стало только хуже.

Сквозь слезы Тахирова видела, как Маша поднимает голову и вновь смотрит в лицо Демиду. Как улыбается ему."

"И да, судя по всему, конфликт исчерпан. Два любящих сердца пришли к компромиссу. А Свете можно возвращаться обратно. Да, именно так. А еще нужно срочно позвонить деду и бабушке. Срочно придумать супер-важную причину, по которой Свете необходимо вернуться в деревню. Потому что она не выдержит долго. Не сможет искренне радоваться за сестру, за друга, за их общее семейное счастье… за их будущего малыша.

Света и сама не понимала, что пара слезинок превратились в сплошной поток беззвучных слез.