Моя. По закону мести

Не хотела ведь ничего говорить, но любопытство взяло верх.

– Гоша? Что происходит? – очень тихо, чтобы слышал только Ирбис, произнесла Дуня.

– Женимся, Дуняша, – так же тихо прошептал Георгий, и пока чиновник что-то искал в шкафу с бумагами, Ирбис взглянул на девушку: – Ты сказала, что не знаешь, как от меня уйти. А я не смогу тебя отпустить. Другого выхода нет, Дуняша. Мы вместе.

– Можете поцеловать невесту, Георгий Матвеевич, – вмешался в негромкую беседу чиновник.

А Дуня все еще стояла, ошарашенная, с открытым ртом, готовая расплакаться.

Гоша вздохнул. Перехватил ладонями девичье лицо, провел пальцами по щекам.

Мда, не так все, как он хотел бы. Но зато теперь гарантии есть. Теперь этих гарантий валом.

– Ты сошел с ума, Гоша, – прошептала Дуня.

– Угумс, – согласился Ирбис, криво улыбнувшись.

Хорошо, что чиновник в эту секунду отвлекся на документы, так бы решил, что спит. Ведь не может суровый Ирбис улыбаться в реальности. Не такой он человек. Все знают, не такой.

* * *Глава 18

Дуняша смотрела прямо перед собой, на дорогу. И не верила в реальность происходящего.

Ведь она должна что-то иное ощущать внутри? Как-то по-другому чувствовать себя? Или нет?

Она же теперь Евдокия Ирбис! Почему-то не было и доли сомнений в том, что Гоша позволит ей оставить девичью фамилию. Впрочем, Дуня и не стала бы возражать.

Однако ничего в Дуне не изменилось. Все тот же хаос в мыслях, тот же шквал эмоций, когда Ирбис смотрел на нее своим темным взором, все та же жажда, которая настойчиво требовала заполучить этого мужчину, и, вместе с тем, принадлежать ему.

– С кольцами засада, – недовольно пробормотал Георгий, – не хочу светиться в ювелирке. Придется подождать, пока привезут домой.

– Это ведь не обязательно, Георгий, – улыбнулась Дуня.

– Не обязательно, но желательно, – в своей манере хмыкнул Ирбис и свернул на светофоре."

"Дуняша перестала понимать, где они находятся. Не особо следила за дорогой. Ее голову занимали другие мысли. Во-первых, как эту новость сообщить Ане. Во-вторых, как теперь жить дальше. Ведь если еще час назад Дуня понимала, что рано или поздно вернется домой, в свою квартиру, и начнет учиться жить воспоминаниями об Ирбисе, то сейчас девушка была в растерянности. Это раньше все было понятно, а теперь?

А теперь она – Дуняша Ирбис. Теперь на ней в полный рост штамп и печать принадлежности …мужу.

Дуня вновь взглянула на мужчину. Точно ее глаза тянуло магнитом к Георгию, и было сложно отвернуться. Да и нужно ли?

Ее внимательный взгляд зацепился за то, как едва заметно кривятся губы в намеке на улыбку, как темный взор цепко следит за всем, что происходит на дороге. И создавалось впечатление, что Гоша контролирует все вокруг. Вернее, Дуня понимала, что Ирбис действительно все держит под контролем.