Моя по умолчанию

Просто… Черт. Ладно. Я тебя дико ревную. Ко всему. К прошлому, и то ревную. Мне невыносимо видеть тебя с кем-то. Даже на экране. Даже понимая, что это все не всерьез.

– Тогда как ты со мной собираешься жить? Сьемки в таких сценах – часть моей работы.

– Ты можешь от них отказаться? Ради нашей семьи? Хотя бы от этих съемок. Не хочу, чтобы моя жена… – не договариваю. – Боюсь, я не настолько прогрессивный.

– Ты вообще доисторический динозавр!

– Так уважь его. Ради нашего счастливого будущего. Я ведь больше ни о чем не прошу!

Я вообще никого, никогда и ни о чем не просил. А с ней, вон, как получается. Это уже само по себе – уступка.

– Ладно. Тогда я могу выдвинуть встречное пожелание?

Откидываю голову и смеюсь. Мне нравится, какой оборот принял наш разговор. Все по делу. Как я и люблю.

– Я откажусь от обнаженных съемок. Но взамен ты пообещаешь, что не станешь упрекать меня в обилии работы. И вообще хоть как-то лезть в мой рабочий процесс и график. Это то, что я оставляю за собой. На всякий случай предупреждаю, что порой меня может не быть месяцами.

Прерываю ее страшилки, великодушным взмахом руки. Нет, я понимаю, что у нее много работы. Но это было до появления ребенка на свет. А пока тот родится да подрастет, глядишь, Даная и сама поймет, что для нее на самом деле важнее.

– Договорились.

– И еще. Я хочу, чтобы ты мне пообещал. Без этого ничего не будет. – Даная устало растирает переносицу.

– Слушаю.

– Пообещай мне, что если у нас с тобой ничего не выйдет, ты не попытаешься отнять у меня ребенка. Как бы мы ни расстались.

– За кого ты меня принимаешь?

– За человека, власть которого так велика, что порой внушает ужас.

Ладно. Я никогда от нее не скрывал своей истинной сущности. Собственно, я даже хотел, чтобы она на берегу понимала, с кем ей придется иметь дело. Чтобы когда она меня полюбит, она… полюбила именно меня. А не парня, которого сама себе придумает. Меня. Со всем хорошим и не очень, что во мне есть.

– Я никогда не отберу у тебя сына. Клянусь.

Просто потому, что даже гипотетически не возникнет ситуации, когда это может зачем-то мне понадобиться.

– Хорошо. Ладно. Пусть так. – Даная выглядит ужасно растерянной и беззащитной. Мне хочется обнять ее и утешить. Заверить, что все будет хорошо. А еще меня веселит обилие синонимов. Такое чувство, что она пытается сама себя убедить в том, что поступает верно.

– Я могу считать это согласием? – беру ее руку, лежащую на столе, и снова касаюсь губами.

– Да. Да, можешь.

– Тогда я обрадую деда. Но, думаю, у него и так все готово к венчанию.

– Нет! Погоди… Я не согласна на церковный брак. Пока давай просто распишемся.

– Почему?

– Потому что венчание – это слишком серьезный шаг. Не будем гнать коней.