Моя по договору (СИ)

Он был совсем рядом. Такой близкий и родной одновременно. И несвободный. Эта мысль словно отрезвила меня. Я собралась с силами и подошла к двери.

— Что тебе нужно, Артём? — упираясь ладонями в дверь, спросила я.

— Открой, Рита, — серьезным тоном произнес мужчина.

— Это плохая идея, Тем. То, что ты хочешь, я не могу тебе дать, — я замолчала, судорожно подбирая слова. — Она не показалась мне охотницей за деньгами. Уверена, что эта девушка искренне тебя любит. Возвращайся к своей невесте, — я нервно сглотнула, давя подступающие слезы. — Поступи правильно. А к Владику приходи днём.

— Рита, я хочу, чтоб ты меня выслушала. Это важно, — упрямо сказал Артём, негромко стукнув кулаком в дверь.

— Не сегодня, — я вернулась обратно в кухню и, опустив голову, мысленно твердила себе, что поступаю правильно. Ведь нельзя стать счастливым, делая несчастным другого человека. Да и мимолетная страсть, которая кипит в Данилове, рано или поздно пройдет. Безусловно мы многое пережили вместе с ним, но все это в прошлом. Теперь у каждого из нас другая жизнь.

Я услышала, как провернулся ключ в замке. Соскочив со стула, я выбежала в коридор. Артём открыл дверь своим ключом. Я совсем забыла, что у него имелся ещё один комплект кроме того, который он оставил на комоде в прихожей, когда уходил.

Мы сверлили друг друга взглядом, понимая, что ничего между нами не закончено. Искры витали в воздухе, создавая невероятное напряжение, уловимое во всех смыслах.

Я прижалась спиной к стене, молясь про себя, чтобы он ушел. В его присутствии мой мозг отключался, давая волю чувствам, исходящим от сердца. Я чувствовала, как мои щеки пылали под пристальным взглядом Данилова, а по телу разливался жар.

— К черту всё! — произнес он.

Артём рывком притянул меня к себе, после чего его руки оказались на моих пылающих щеках. Он, наконец, нашел, что искал. Большим пальцем Данилов провел по моей нижней губе, отчего рот открылся в трепетном ожидании поцелуя. Но Артём медлил. Он продолжал ласкать меня, касаясь только пальцами, не позволяя себе большего.

— Потом будет поздно, Рита! — произнёс мужчина, касаясь губами кончика уха. Это было слишком волнующе. — Я не смогу остановиться. Но я должен рассказать тебе обо всем. Хватит с нас лжи и тайн."

"Оторвавшись друг от друга, мы прошли в кухню. В очередной раз остались наедине. Год назад я и подумать не могла, что мы сможем хотя бы просто говорить друг с другом.

— Хочешь что-нибудь? — спросила я. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — в тоне Артема не было ни капли спокойствия.

— Тогда я тебя слушаю, — присев рядом, я наблюдала за реакцией моего бывшего мужа.

— То, что я скажу, Рита, тебе совсем не понравится, — его тон изменился. Артём был серьезен.