Моя новая маска

На небольшом столике у окна засохшие остатки ужина на двоих, над которыми назойливо жужжало несколько жирных мух, бордовые атласные портьеры, когда- то дорогие и красивые, были украшены несколькими пятнами и прожжены в двух местах. В комнате было слишком темно. Я подошла и раздернула их, обнажив грязное окно.

Пустые винные бутылки в большом количестве были натыканы по углам и катались по полу. В углу стоял дамский туалетный столик, щедро усыпанный то ли пудрой, то ли пылью, с залапанными флаконами и баночками, на красивую резную ширму наброшен роскошный дамский халат, отороченный порванным кружевом.

Самым непонятным мне предметом было огромное передвижное зеркало на колесиках, стоящее наискосок от кровати. Через минуту я сообразила, зачем оно нужно. Пазл сложился — сюда папенька водил девок, а в зеркало, в процессе, любовался на себя и своих любовниц. Я покраснела и отвела глаза, он, конечно, не мой отец, но мне все равно было неловко.

Действия мэтра Форшер поразили меня. До этого момента мне он казался мне этаким пожилым крючкотвором, а здесь, в этой удушливой атмосфере, он словно помолодел и стал напоминать охотящегося пса. С минуту постояв на пороге комнаты, он пошел вдоль левой стены, по периметру, тщательно осматривая грязноватые обои и простукивая ее тростью.

Сейф нашелся в изголовье кровати. Также безошибочно подобрав ключ, мэтр Форшер собрал все бумаги, найденные там, передал мне в руки небольшой мешочек с монетами, взятые с верхней полочки сейфа, и, брезгливо оглядев комнату, сказал:

— Поехали, кёрста Эжен. Завтра я займусь вашими делами.

Глава 13

Утром я не трогала детей и дала им возможность выспаться, потому завтракать мы сели довольно поздно, около полудня. Я собиралась вывести их на прогулку и хоть немного осмотреть город. Однако, к концу завтрака в номер постучали.

На пороге стоял подросток лет четырнадцати, крепкий и толстощекий, одетый в зеленый суконный костюм и такую же зеленую шапку с золотистой кокардой. Через плечо у него висела довольно большая кожаная сумка.

Я невольно вспомнила знаменитые строчки: «Кто стучится в дверь ко мне с толстой сумкой на ремне, с цифрой пять на медной бляшке, в синей форменной фуражке? Это он, это он, Ленинградский почтальон.» Улыбнулась, глядя на его важное лицо и дождалась вопроса.

— Кёрста Элен Дюрайн?

— Да.

— Распишитесь.

Мальчишка протянул довольно потрепанный разлинованный блокнот и слегка обгрызенный карандаш. Я чиркнула какую-то загогулину, надеясь, что это сойдет за подпись. Мальчишка порылся в сумке и вручил мне небольшой узкий конверт без марок и адреса, зато с восковой печатью.

На конверте каллиграфическим почерком было написано: «Кёрсте Элен Дюрайн, гостиница «Лаундгранд»».